Ролевая игра Графиня де Монсоро
Добро пожаловать в ролевую игру Графиня де Монсоро! Мы рады приветствовать Вас во Франции эпохи Возрождения. Здесь каждый может прикоснуться к безвозвратно ушедшей от нас эпохе: интриги, приключения, настоящая отвага и, конечно, любовь... Попробуйте себя в качестве уже полюбившихся персонажей или найдите свой собственный образ. Если Вы в первый раз на нашем форуме - пожалуйста, пройдите регистрацию.

Вы не подключены. Войдите или зарегистрируйтесь

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз  Сообщение [Страница 1 из 1]

1 Екатерина Медичи в Январь 9th 2009, 7:53 pm

Жан-Антуан Шико

avatar
Созидатель
Екатерина Медичи, «чёрная королева»

Екатерина МедичиВ возрасте 14-ти лет Екатерина была выдана замуж за Генриха де Валуа, второго по счёту сына Франциска I, короля Франции, для которого этот союз был выгоден в первую очередь благодаря поддержке, которую папа Римский мог оказать его военных кампаниям в Италии.
Приданое невесты составило 130.000 дукатов, и обширные владения, включавшие Пизу, Ливорно и Парму.

Современники описывали Елизавету как стройную рыжеволосую девушку, небольшого роста и с довольно-таки некрасивым лицом, но очень выразительными глазами – фамильной чертой Медичи.

Юной Екатерине так хотелось произвести впечатление на изысканный французский двор, что она прибегла к помощи одного из самых прославленных флорентийских мастеров, изготовивших специально для своей миниатюрной заказчицы туфельки на высоком каблуке. Надо признать, Екатерина добилась желаемого, её представление французскому двору произвело настоящий фуррор.

Свадьба состоялась 28 октября 1533 в Марселе.
Такого скопления представителей высшего духовенства Европа не видела, пожалуй, со времён средневековых соборов: на церемонии присутствовал сам папа Климент VII в сопровождении своих многочисленных кардиналов. За торжеством последовали 34 дня непрерывных пиршеств и балов.

Однако вскоре праздники отгремели, и Екатерина осталась один на один со своей новой ролью.

Француский двор всегда славился своей изысканностью, благородством манер и блестяще образованными и утончёнными дамами. Под влиянием возродившегося интереса к древности придворные Франциска I изъяснялись между собой на латыни и греческом, читали поэмы Ронсара и восхищались скульптурными изваяниями итальянских мастеров. В купеческой же Флоренции, в противовес Франции, отцы семейств не были озабочены тем, чтобы дать своим жёнам и дочерям столь разностороннее образование, вследствие чего в первые годы жизни при французком дворе Екатерина чувствовала себя невеждой, не умевшей изящно строить фразы и во множестве допускавшей ошибки в письмах. Она ощущала свою изолированность от общества и жестоко страдала от одиночества и от неприязни, которую ей демонстрировали французы, презрительно величавшие невестку Франциска I «итальянкой» и «купчихой». Единственным другом, которого обрела во Франции юная Екатерина, стал её свёкр.

Смерть дофина

В 1536 году наследник французского престола неожиданно умер.
Согласно официальной версии, смерть наступила от простуды, которую дофин подхватил, искупавшись в ледяной воде после игры в мяч. По другой же, наследный принц был отравлен Екатериной, возжелавшей восшествия на престол своего супруга. К счастью, эти слухи никак не повлияли на тёплые отношения между Франциском I и его невесткой, но как бы то ни было, с тех пор за флорентийкой прочно закрепилась слава отравительницы.

Под давлением мужа, желавшего закрепить своё положение рождением наследника, Екатерина, до тех пор не принесшая ему потомства, долго и тщетно лечилась у всевозможных магов и целителей с одной-единственной целью – забеременнеть.
В 1537 родился внебрачный ребёнок Генриха от некоей молодой дамы по имени Филиппа Дучи. Это событие окончательно подтвердило, что бесплодна именно Екатерина. При дворе заговорили о возможности расторжения брака.

Диана де ПуатьеКак известно, беда не приходит одна, и Екатерину ждало ещё одно испытание: в жизни Генриха де Валуа появилась женщина, которую многие в течение нескольких последующих лет считали истинной правительницей Франции. Речь идёт о Диане де Пуатье, фаворитке Генриха, которая была на целые 20 лет старше своего коронованного любовника. Вероятно, в силу разницы в возрасте отношения между Генрихом и Дианой были основаны скорее на разуме, чем на чувственной страсти. Генрих высоко ценил мудрость и дальновидность Дианы, и внимательно прислушивался к её советам перед принятием важных политических решений. Обоих объединяла страсть к охоте. До нас дошло множество полотен, на которых любовники изображены в образе римской богини-охотницы Дианы и юного бога Апполона.

У забытой всеми обманутой жены не было другого выхода, кроме как смириться со своим унижением. Превозмогая себя, Екатерина, как истинная Медичи, всё же сумела наступить на горло своей гордыне и расположить к себе любовницу мужа, которую подобная дружба вполне устраивала, ибо появление другой, более плодовитой и менее дружелюбной супруги могло поставить её положение при дворе под угрозу.
Долгое время все трое формировали довольно-таки странный любовный треугольник: Диана изредка подталкивала Генриха к ложу супруги, а Екатерина, принимая его, мучилась от ревности и собственного бессилия что-либо изменить.

Cравнение с прелестной Дианой было явно не в пользу Екатерины. Она никогда не была красавицей, а с возрастом порядком располнела, и, по выражению современников, всё более походила на своего дядю. Последнее, разумеется, никак не могло быть комплиментом. Особенно отталкивающей чертой был её чрезмерно высокий лоб. Злые языки утверждали, что между её бровями и корнями волос вполне могло бы уместиться второе лицо. По всей вероятности, это было следствием потери волос, которое Екатерина тщательно скрывала, пользуясь париками.

То, что Екатерина стоически переживала измену мужа, не значит, что она не пыталась что-либо сделать, дабы избавиться от соперницы.
До нас дошли отголоски дворцового скандала, в котором кроме Екатерины был замешан некий герцог Немур. Из писем участников этой истории известно, что, по всей видимости, Екатерина попросила герцога, улучив момент, в разгар веселья под видом милой шалости выплеснуть Диане в лицо стакан воды. То, что в стакане вместо воды должна была быть жжёная известь, «шутнику» знать не полагалось.
Заговор был раскрыт, а Немур - сослан, но позже помилован и возвращён ко двору.

Новость о том, что Екатерина беременна, стала для всех полной неожиданностью. Чудодейственное исцеление бесплодной дофины было приписано Нострадамусу, медику и астрологу, вошедшему в тесный круг доверенных лиц Екатерины.
Её первенец, названный в честь деда Франциском, родился в 1543 году.

В 1549 году скончался Франциск I. На престол взошёл Генрих II, а Екатерина была провозглашена королевой Франции.
Своё положение она подкрепила рождением ещё нескольких наследников.

Спустя 10 лет, в 1559 году, Генрих погиб в результате травмы, полученной на турнире.
Во всей Франции, пожалуй, не было человека столь безутешно оплакивавшего смерть короля, как красавица Диана.
Екатерине наконец-то предоставилась возможность дать волю накопившемуся гневу и поквитаться с соперницей. Она потребовала, чтобы де Пуатье вернула ей драгоценности, принадлежащие короне, а также покинула своё жилище – замок Шанонсо.

С восшествием на престол болезненного и слабого 15-летнего Франциска II, Екатерина сделалась регентшей и фактической правительницей государства.

Придворные, недолюбливавшие Екатерину-наследницу, не приняли её и как свою государыню. Враги называли её «чёрной королевой», имея в виду неизменные траурные одежды, в которые Екатерина облачилась после смерти супруга и не снимала до конца своих дней. За ней на долгие века закрепилась слава отравительницы и коварной, мстительной интриганки, беспощадно расправлявшейся со своими врагами.

С именем Екатерины связано одно из самых кровавых событий истории Франции – Варфоломеевская ночь.
Варфоломеевская ночь

Согласно общепринятой версии, Екатерина устроила ловушку для лидеров гугенотов, пригласив их в Париж на свадьбу своей дочери с Генрихом Наварским.
В ночь с 23 на 24 августа 1572 со звоном колоколов тысячи горожан заполонили улицы Парижа. Развязалась ужасающая кровавая резня.
Согласно приблизительным подсчётам, в ту ночь в Париже было убито порядка 3.000 гугенотов. Одной из жертв стал их предводитель, адмирал Колиньи.
Волна насилия, зародившаяся в столице, захлестнула и окраины. В кровавой вакханалии, продлившейся неделю, по всей Франции было убито ещё 8.000 тысяч гугенотов.

Возможно, жестокая расправа над противниками на самом деле была учинена по приказу Екатерина, но есть, однако же, и вероятность того, что ей не было известно о готовящемся нападении, и в наступившей впоследствии обстановке хаоса у неё не было другого выбора, кроме как принять на себя ответственность за происшедшее, дабы не признаваться в утрате контроля над ситуацией в государстве.

На самом ли деле Екатерина была именно такой, какой её описывали злопыхатели? Или же до нас дошёл лишь искажённый образ этой личности?

Немногим, пожалуй, известно о том, что Екатерина была большой любительницей искусства и меценаткой. Именно ей принадлежала идея строительства нового крыла Лувра и замка Тюильри. Библиотека Екатерины насчитывала сотни любопытнейших книг и редких древних рукописей. Именно благодаря ей французский двор открыл для себя изыски итальянской кухни, в числе которых были артишоки, брокколи и несколько разновидностей спагетти.
С её лёгкой руки французы полюбили балет (baletto), а дамы стали носить корсеты и нижнее бельё – Екатерина была страстной любительницей верховой езды и стала первой женщиной, вопреки протестам со стороны церковников надевшей панталоны.

Невозможно также не восхищаться и Екатериной-матерью. Вне зависимости от методов, использовавшихся ею в в борьбе с противниками, она была, прежде всего, другом, опорой и поддержкой троим своим сыновьям, взошедшим на французский престол: Франциску II, Карлу IX и Генриху III.

Скончалась «чёрная королева» в возрасте 70-ти лет в замке де Блуа, и была похоронена рядом со своим мужем, Генрихом II, в аббатстве Сен Дени. Екатерине посчастливилось умереть в неведении, она так никогда и не узнала о том, что последний из её десяти отпрысков, Генрих III, был убит вскоре после её смерти, а всё то, за что она многие годы боролась, кануло в лету. Династия де Валуа прекратила своё существование.

2 Re: Екатерина Медичи в Январь 10th 2009, 6:07 pm

Жан-Антуан Шико

avatar
Созидатель
http://www.ekaterinamedichi.boom.ru
Екатерина Медичи
(1519 - 1589)
Детство
Отец ее, Лоренцо, носивший титул герцога Урбино, был сыном Петра Медичи и приходился племянником папе Льву X. Мать ее, из дома де ла Тур д'Овернь, была француженка. Детство рано осиротевшей Екатерины совпало с бурными годами политической жизни Флоренции, старавшейся отстоять свою политическую независимость. Медичи были богатейшими купцами и меценатами Невероятный подъем изобразительных искусств во Флоренции XV века стал возможен, прежде всего, благодаря хорошему вкусу и щедрости представителей рода Медичи. Однако у могущественного рода было немало сильных врагов, которым удалось изгнать Медичи из Флоренции. Спустя 18 лет они вернулись, но их былой блеск и размах были утрачены навсегда.
Когда Флоренция пала, Е. уехала в Рим, Папа Лев X отдает девочку на попечение своего племянника, кардинала Джулио Медичи. "Дядя Джулио" заботится о том, чтобы ребенок получил самое лучшее воспитание. Когда девочке исполняется шесть лет, ее отправляют получать образование назад во Флоренцию. Сам "дядя Джулио" между тем двигается наверх. Вскоре его нарекут Климентом VII и он тоже станет папой, по словам немецкого историка Леопольда фон Ранке, "самым злополучным из всех пап".. Екатерине двенадцать лет, и, казалось бы, все беды позади. С ней происходит нечто чудесное: она до смерти влюбляется в своего кузена Ипполито. Это красивый юноша, на восемь лет старше нее и уже кардинал. Ипполито пленен ее умом и образованностью. "Ходят слухи, - пишет венецианский посол Альбери, - что кардинал намерен снять с себя мантию, дабы иметь возможность жениться на Екатерине Медичи". Папа, хотя и заключил мир с Карлом V, не верит ни одному его слову и, дабы обезопасить себя, вступает в союз с французским королем.
Юность
Чтобы окончательно скрепить новую дружбу, папа предлагает Екатерину в жены младшему из двух французских принцев, и Франциск I дает согласие. Брак совершился в 1533 г. Молодая принцесса сумела снискать себе расположение тестя и мужа. В 1544 г. рождение у нее сына Франциска обрадовало весь двор, так как, наконец, рушились опасения, что Екатерина неспособна дать наследника будущему королю Франции. Но около этого времени дофин Генрих увлекся Дианою де Пуатье. Екатерина сумела скрыть чувство ревности, и даже поддерживала наружно хорошие отношения со своей соперницей. Наверное такое достойное поведение, нелюбовь к публичным скандалам на почве ревности вызывают у Генриха II уважение и доверие к жене. Так, отправляясь в военный поход против германского императора, муж, к удивлению придворных, передает все полномочия власти Екатерине. Обдуманная политика королевы приносит значительные плоды: для поддержки военных действий мужа она добивается выдачи дополнительных денег на военные расходы. Неожиданная смерть Генриха II передавала, по-видимому, власть в руки овдовевшей королевы, так как 16-летний король Франциск II был очень послушным сыном и притом не проявлял способностей к делам государственным, но Гизы, родственники жены короля Марии Стюарт, успели приобрести влияние на Франциска II и захватить власть.
Власть
Рождение Франциска после одиннадцати лет ожидания было первой победой дофинессы н соперничестве с Дианой Пуатье. В честь маленького Франциска его дед устроил бал во дворце Фонтенбло, и Маргарита Наваррская читала свои стихи. Франциск родился очень болезненным, в раннем детстве он заболел туберкулезом легких и рос нервным и агрессивным. Пагубную роль в его жизни сыграл ранний брак. Взрослая жизнь мужа и короля после гибели Генриха II оказалась не под силу слабому юнцу. В предсмертные дни сына, находясь еще под впечатлением пророчества Нострадамуса, она обратилась к нему снова. Знаменитый прорицатель выполнил ее просьбу, предсказав судьбу наследников престола. В соседней с королевскими покоями комнате он усадил королеву-мать перед зеркалом, тускло освещенным свечой, и стал вращать колесо жизни. В зеркале она должна была увидеть лица сыновей, число оборотов колеса предвещало продолжительность их правления. Первым Екатерина едва различила Франциска. Колесо противилось вращению, круг жизни остановился. Медичи в нервном возбуждении и отчаянии просила Нострадамуса продолжить прорицания. Вторым в зеркале был образ Карла IX, и колесо остановилось, совершив 14 оборотов. Следующим она увидела Генриха III, колесо сделало 15 движений. Королева-мать с нетерпением ждала появления в зеркале младшего сына Франциска, герцога Анжуйского. Но вместо него в ужасе узнала Генриха Наваррского. Колесо жизни, сделав 22 оборота, остановилось. Медичи пыталась узнать и о себе. Но зеркало оставалось темным, а колесо жизни неподвижным. Астролог только предупредил ее, что надо остерегаться Сен-Жермен (так назывался замок герцогов Гизов). К сожалению, для Екатерины Медичи, Нострадамус опять оказался прав: Франциск оставался на престоле один год и четыре месяца, Карл IX 14 лет, герцог Анжуйский вовсе не получил короны и борьба с Гизами была смертельно опасной.

Тревожное предчувствие не оставляло ее, а воспоминания уже уносили к далекому светлому образу старшей дочери Елизаветы. Она родилась в 1546 г. - через два года после появления Франциска. Крещению и бракосочетанию Елизаветы Французской сопутствовали два знаменательных события в жизни воюющей Франции - установление мира с Англией и Испанией. В год рождения внучки Франциск I в интересах укрепления мира с Англией просил английского короля Генриха VIII стать для нее крестным отцом и дать ей имя. Быть крестysм отцом католички король-отступник не имел права, но имя Елизавете было дано по его желанию.
Современники отмечали необыкновенную красоту, ум и добрый нрав Елизаветы Французской, называя ее самым драгоценным камнем и звездой французского двора. Генрих II, гордясь дочерью, рассчитывал на выгодную и достойную партию для нее. Поэтому получив брачное предложение герцога Лотарингского Карла III, он вопреки обычаю, повелевавшему выдавать замуж сначала старшую дочь, согласился выдать за него вторую дочь, Клод. "Елизавета,- говорил он,- достойна не герцогства, а королевства, причем самого большого". Прекрасную Елизавету прочили в жены сыну Филиппа II Карлосу. Испанский принц был ровесником девушки и питал к ней нежные чувства. Но Елизавета Французская вошла в Испанию не дофинессой, а королевой. Овдовев, сорокалетний Филипп II, плененный красотой юной Валуа, отобрал невесту у сына. В тринадцать лет она прибыла в Мадрид, приведя в восторг редкими для местных дам изяществом и стройностью. По свидетельству современников, Елизавету любили больше всех ее предшественниц, называя королевой мира и доброты. Она восхищала не только внешностью, манерами и вкусом, но и добрым расположением к окружающим. В ней отсутствовала даже тень высокомерия, которую можно было бы ожидать от королевы Испании, двух Сицилии, Иерусалима, Марокко, Минорки, Сардинии и Западных Индий. Испанцев поражала ее любовь и преданность не только Франции, но и уважение к традициям и обычаям Испании. Переписка с матерью свидетельствовала о том, что Елизавета жила заботами и тревогами Франции. Аккуратная корреспондентка, она стремилась оказать Екатерине Медичи посильную помощь, сообщая о настроении своего благоверного и планах испанского двора. Однако, достойная земного счастья, наследница Валуа недолго радовала мир своим присутствием. На 23-м году жизни она умерла от родовой горячки. По слухам, которые доходили до Медичи, в смерти ее дочери злую роль сыграл Филипп II, ревновавший супругу к сыну. Хотя жизнь при испанском дворе была большим испытанием для Елизаветы, молодая женщина вела себя достойно и ни разу не пожаловалась матери, уверяя ее в своем благополучии. Екатерина Медичи, не сознавая в чем именно, но чувствовала свою вину в том, что не уберегла дочь. Заботы о внучке, Кристине Лотарингской, вытеснили из памяти Екатерины Медичи вторую дочь, Клод, умершую, как и Елизавета, во время родов 27 лет от роду. Клод была моложе сестры всего на год. Внешне она имела большое сходство с матерью: отличалась не красотой, а добрым и спокойным нравом. Ее выдали pамуж за герцога Лотарингского Карла III на 12-м году жизни. Устроительницей этого альянса была Диана Пуатье. Супружество оказалось счастливым. После смерти Клод молодой герцог не мог найти утешения. Весть о ее кончине пришла в Париж во время коронации Генриха III и взбудоражила весь двор. Горе и радость одновременно всегда сопутствовали Медичи.
Рождение внучки внесло в жизнь Екатерины Медичи много счастливых дней. Кристина стала самым дорогим для нее существом. В годы отчуждения Генриха III сознание своей необходимости для девочки придавало ей силы. Судьба внучки напоминала ей начало собственной жизни. Со временем Медичи занялась поисками достойной партии для любимицы. Она перебрала всех тосканских и французских аристократов, пока не остановилась на кандидатуре кардинала Фердинанда из дома Медичи. Он должен был оставить духовный сан и стать великим герцогом Флоренции. В 1588 г. был подписан брачный контракт. Для внучки щедрость бабушки не знала границ, она отдала ей все, чем владела во Флоренции. Но предстоящая разлука с Кристиной угнетала ее и, как утверждал медик Кавриано, ускорила кончину матроны.

3 Re: Екатерина Медичи в Январь 10th 2009, 6:07 pm

Жан-Антуан Шико

avatar
Созидатель
Людовик, родившийся у Екатерины в 1549 г., умер через год. В 1550 г. она родила Карла-Максимилиана, ставшего впоследствии королем Карлом IX, а вслед за ним в 1551 г.- Эдуарда-Александра, будущего Генриха III (имя Генрих он получил при конфирмации). Из сыновей Карл-Максимилиан меньше остальных доставлял неприятностей и был больше других привязан к матери. Внешностью и привычками он напоминал Генриха II. Так же, как и отец, любил охоту, турниры и с удовольствием работал в кузнице. Незабываемым для Медичи был торжественный акт коронации сына, когда он сошел с трона и поклонился ей, а потом обнял, сказав, что она всегда будет рядом с ним и сохранит право управлять, как это было до сих пор. Период правления Карла IX королева-мать вспоминала как время своего полновластия, сын был послушным ее воле. Его брак с Елизаветой Австрийской оставался бесплодным, но король имел внебрачного сына от фаворитки Марии Туше. Бастард Александр оказался единственным наследником Валуа по мужской линии. Соединяя последних представителей древней династии с их избранницами, Гименей поскупился наделить их полным счастьем.
На царствование Карла IX выпало самое страшное испытание. 22-летний король не смог пережить августовскую трагедию 1572 г., она подточила его силы. Считала ли королева-мать себя виновной в его смерти? В ту страшную ночь, как ей казалось, она спасала вместе со своей репутацией его достоинство и власть. Цель была достигнута слишком дорогой ценой. Осознавая это, она считала все свои несчастья и беды детей наказанием за это преступление.
Самый любимый сын Екатерины Медичи Генрих III был с ней рядом. Но теперь это не успокаивало ее, а скорее внушало тревогу. Королева-мать знала, что Генриха всегда тяготило положение государя. Возможно, что, посвятив себя творчеству, он прославил бы династию Валуа куда больше, чем сумел это сделать, став королем. Во время коронации в Реймсе, когда ему надевали корону, он расплакался, сказав, что монарший венец мешает ему, стягивая голову. Ее любимец был капризным и склонным к религиозной экзальтации. Ему не хватало мужественности. В отличие от братьев, он презирал все мужские занятия: охоту, турниры и силовые игры. Екатерину Медичи удручала мягкость сына: он позволял управлять собой фаворитам. Она ревновала Генриха к миньонам, а последних ненавидела за то, что они оградили сына от нее и контролировали ее деятельность. Королеве-матери казалось :гго обидным и незаслуженным. Последние действия Генриха III убедили Медичи в справедливости ее суждений: король должен был больше доверять ей, а не миньонам.

Брак Генриха III с Луизой Лотарингской оказался бесплодным, да и внебрачные связи короля не оставляли надежд на потомство. Последний представитель династии Валуа, он должен был завершить более чем двухвековой период правления славного французского рода. Эта перспектива угнетала Медичи.

О Маргарите Екатерина не хотела вспоминать. Дочь была чужой. Добродетельная королева-мать не могла смириться с порочностью Марго. Она была моложе Генриха III на два года, и Медичи находила сходство между ними. Как и сын, она имела недюжинные способности к языкам, интересовалась философией, любила поэзию Ронсара и писала. Ее часто можно было застать в библиотеке Лувра. Мемуары, в которых она представила королевский двор и себя в трагический период гражданской войны, получили широкую известность. Наследница Валуа была выдана замуж накануне августовских событий 1572 г. В родстве с домом Бурбонов Медичи видела гарантию мира во Франции. Правда, пришлось пренебречь чувствами 16-летней девушки к герцогу Гизу, но наградой для нее должно было стать положение королевы Наваррской, супруги первого принца крови. Королева-мать надеялась на помощь дочери в своей миротворческой политике, и Марго не обманула ее ожиданий. Она сообщала о настроении мужа и партии гугенотов. Но выполнить свою главную роль - привязать и сделать послушным Генриха Наваррского - она не смогла. Своенравный наваррец был женолюбив и непостоянен в своих привязанностях, проявив эту слабость уже в первые годы супружества. Медичи пыталась пристыдить зятя, но ее старания были обречены, ибо Маргарита не уступала супругу в похождениях, при этом ее чувственность не признавала сословных границ.
Дурное влияние на отношения супругов оказывал Генрих III. Доверяя сестре свои тайны, он старался сделать ее своей единомышленницей и жестоко мстил за предательство. Излюбленным способом мести Генриха III были доносы супругу. Король не отказывал себе в удовольствии для большей убедительности рассказывать о любовных похождениях сестры во всех подробностях, доводя ревнивого супруга до исступления. В памяти Медичи был последний скандал, заставивший Генриха Наваррского объявить о разводе с Марго. Причиной послужило очередное увлечение супруги молодым оруженосцем, которого она привезла с собой в Париж. Эта связь наделала много шума. Генрих III заподозрил молодого человека в приверженности к партии гугенотов и собирался отправить сестру обратно к мужу. Но Бурбон, узнав о похождениях супруги, отказался ее принять. Королеве-матери пришлось, в который раз, улаживать семейный конфликт, хотя уверенности в прочности этого брачного союза она не имела.

Генрих Наваррский в это время был безумно влюблен во вдову Диану д'Андуен и его прекрасная Коризанда надеялась стать законной супругой наваррца. Увлечение короля Наварры заставило Марго оставить двор и перебраться в Анжен, а затем по совету матери в замок Ибуа. Однако Маргарита не смогла до конца сыграть роль оскорбленной жены, заставив заговорить о себе из-за новой связи. Во избежание скандала Медичи просила установить надзор за дочерью. Марго заперли в крепость Юссон, расположенную в труднодоступной местности. Но неунывающая пленница нашла выход, соблазнив маркиза, которому была поручена ее охрана. Медичи расценила поведение дочери и ее супруга как конец их союза и потому в последние годы своей жизни в ходе переговоров с Генрихом Наваррским советовала зятю развестись с Марго. Дочь была ее болью и стыдом.

Герцог Алансонский Эркюль (при конфирмации он получил имя Франциска), самый младший сын Медичи, разделил судьбу старших братьев, скончавшись от туберкулеза и возрасте 29 лет. Маленький и тщедушный последний отпрыск Генриха II как будто в насмешку получил имя Эркюль (Геркулес). Престол был не для него. Почти ровесник Карл IX и Генриха III (разница между ними и Франциском составляла 5 лет и 4 года), он мог рассчитывать на корону лишь в исключительном случае. Поэтому амбициозные интересы побуждали его искать удовлетворения на другом пути. Его честолюбивые устремления перешагнули границы Франции, он взял на себя роль покровителя и союзника нидерландских протестантов в их борьбе с Испанией и даже добился признания со стороны Генеральных штатов нидерландских провинций. Вступив в опасную для Франции политическую игру, он призывал короля к поддержке своих действий. Юный Валуа мало думал о последствиях своей политической активности, приводя в бесконечные волнения французский двор и побуждая Медичи искать для сына другой, более безопасный путь к успеху. Королева-мать приложила большие старания к тому, чтобы найти ему достойную партию. Выбор был не велик, но значителен - английская королева или испанская инфанта. Желая отвлечь сына от нидерландской авантюры, королева-мать вселяла в него уверенность в успехе сватовства и рисовала заманчивые перспективы будущего даже тогда, когда сама не верила в предпринимаемые шаги. Она брала на себя грех обмануть доверчивого сына, одолеваемого желанием не отстать от братьев. Бедный Эркюль, вызывавший ненависть у Генриха III и жалость и насмешку у своей невесты Елизаветы Тюдор, не смог пережить краха несбывшейся мечты. Медичи чувствовала и свою вину в его судьбе. Но как следовало поступить, как сделать его счастливым, она не знала, так же как не могла ответить на вопрос, были ли счастливы остальные ее дети. За три года до гибели супруга в 1556 г. Медичи родила в последний раз. Близнецы - Виктория и Жанна прожили не больше месяца, их едва успели окрестить.

Когда Франциску наследовал его брат, Карл IX, которому было всего 10 лет, управление страной окончательно перешло в руки Екатерины. Женщина без политических и нравственных правил, довольно индифферентная даже в религиозном отношении (она старалась поддерживать баланс между католиками и гугенотами), она стремилась только к тому, чтобы господствовать над Францией, и ревниво оберегала свою власть. Вся государственная мудрость ее сводилась к заботам об уравновешивании сил различных политических партий, так чтобы ни одна из них не взяла верх и не стала опасною для нее самой. Интрига была главною пружиною политики Екатерины. Лицемерная, холодная, бессердечная, она не стеснялась в выборе средств для достижения своей цели. Ее не могло остановить даже преступление, если при помощи его она рассчитывала избавиться от какого-нибудь опасного для себя врага. Недаром называла она сочинение Макиавелли: "Il Principe" своею библией. Повсюду были у нее шпионы. Она зорко следила за всеми выдающимися лицами и перехватывала частную корреспонденцию. Во внешней политике Екатерины держалась тех же начал, что и во внутренней: смотря по обстоятельствам, она готова была сближаться то с католическими, то с протестантскими державами и избегала войны. Отсутствие твердых принципов и постоянные интриги привели ее, наконец, к злодеяниям Варфоломеевской ночи. Состоявшееся перед тем сближение правительства с гугенотами позволило Колиньи приобрести влияние на короля и убедить его в необходимости войны с Испанией. Это шло вразрез с нерешительной, изменчивой, двойственной политикой Екатерины. Она решилась избавиться от адмирала: 22 августа 1572 г. последовало покушение на Колиньи, а затем, в ночь с 23 на 24 августа, резня гугенотов (Варфоломеевская ночь). Екатерина достигла своей цели: она возвратила себе полное влияние на сына-короля. Последовавшее в следующем 1573 г. избрание Генриха Анжуйского на польский престол немало обрадовало ее, потому что вознаграждало за неудавшийся план женить этого любимца-сына на королеве английской. После смерти Карла IX, до возвращения Генриха из Польши Екатерина управляла государством в качестве регентши. Генрих III вполне подчинился влиянию матери; но положение ее теперь было еще более трудным, нежели в предыдущее царствование. Страна была разорена, финансы находились в самом плачевном состоянии, анархия достигла своего апогея; между тем Екатерина продолжала держаться прежней политики. В царствование Генриха III были четыре религиозные войны. Екатерина, вместе с королем, постаралась первые три во что бы то ни стало поскорее прекратить; но это требовало уступок гугенотам, возбуждавших сильное раздражение среди католиков. Когда образовалась Священная лига, Екатерина старалась сблизиться с Генрихом Гизом, но ей не удалось восстановить ни своего авторитета, ни авторитета Генриха III. В деле убиения Генриха Гиза Генрих III поступил вполне самостоятельно, не посоветовавшись предварительно с матерью. Из многочисленных политических замыслов Екатерины можно упомянуть еще о безуспешном выступлении ее кандидаткой на португальский престол, после того как царствовавший там королевский дом угас в 1680 г. Свои сомнительные права на вакантную корону она основывала на происхождении, по материнской линии, от Роберта, старшего сына португальского короля Альфонса III. В одном только отношении Екатерина оставила по себе добрую память: она любила искусство и покровительствовала художниками. Между прочим, постройка Тюльирийского дворца была предпринята по ее распоряжению. Что касается веры ее в астрологию, то она была вполне детищем своего времени.



Смерть Екатерины Медичи и крах династии


Утром в день кончины Медичи продиктовали завещание, назначив Генриха III душеприказчиком, обязала короля ежегодно выделять суммы на поддержание женского монастыря и на помощь беднякам и дворцовым слугам. Королева-мать просила молиться за упокой ее души. К моменту кончины Екатерины Медичи из ее детей оставались двое - Генрих и Маргарита. Между тем имя дочери даже не упоминалось в предсмертном распоряжении. Завещание хранило тайну отношений в семье. Составление завещания взволновало Екатерину, возвращая к тяжелым воспоминаниям и терзало вопросом, за что ей выпало горе пережить восьмерых детей и справедлив ли Бог, пославший такое испытание: разве не оберегала они своих наследников и не старалась ради их счастья. Последнее обстоятельство было особое и но значительным: испытав унижения, она гордилась своим материнством и чувствовала большую ответственность за судьбы детей и престола. Это побудило ее взять на себя заботу об управлении. В то время как ее современницы из высшего общества блистали в свете и меняли фаворитов, играя спектакль только для себя, она, не поддаваясь вдовьей скорби "наполняла обязанности королевы-матери, отдавая делу всю себя без остатка". В предсмертный час королева-мать не могла утешиться сознанием исполненного долга.

Преданная до самозабвения своей деятельности, она на 30 лет продлила на престоле династию Валуа. Но, отдав себя защите интересов наследников, она желала видеть их счастливыми и быть уверенной в прочности власти королевского дома. В этом ей было отказано. Королева-мать скончалась в замке Блуа 5 января 1589 г. накануне дня святой Епифании, праздника всех волхвов, фатального для дома Медичи. По преданию все несчастья этой семьи происходили на святую Епифанию. В день смерти матери Генрих III без сыновнего тепла и уважения к покойной записал в своем дневнике всего две фразы: "Она скончалась в Блуаском замке в возрасте 70 лет. Несмотря на бесконечную занятость, она имела хороший аппетит и была полной и грузной женщиной". Несколько позже в письме к послу Франции в Риме король признавался в своем горе, отметив, что все его земное счастье было создано матерью.

Для Екатерины Медичи смерть на посту была достойной кончиной. О таком уходе из жизни мечтал Монтень, видевший в деятельности главное предназначение человека и не желавший для себя лучшего конца, чем смерть, которая застала бы его за посадкой капусты. Похороны королевы-матери состоялись через месяц. По обычаю следовало оставить время для прощания с покойной. С матроны сделали восковой слепок, который служил для совершения обряда прощания. Гроб с телом установили в местной церкви в Сен-Совер в Блуа. Было решено здесь же ее похоронить. В те тревожные январские дни 1589 г. в Париже лигеры угрожали сорвать похороны: перевернуть гроб и сбросить тело покойной в воду, если похоронная процессия направится в Сен-Дени, в усыпальницу Валуа.

На церемонии буржский архиепископ говорил много хороших слов о Медичи, сравнивая ее со святыми библейскими образами, но в то же время не преминул напомнить о кознях и больших долгах покойной.

Екатерина Медичи была предана земле недалеко от церкви Сен-Совер. В течение двадцати лет ее последнее пристанище оставалось безымянным, пока Диана Французская, внебрачная дочь Генриха II, не распорядилась перенести останки в Сен-Дени. Но урна из золоченой бронзы, хранившая прах ее мужа, уже была занята: в ней рядом с прахом Генриха II покоилось сердце его верного коннетабля Монморанси. И останки Екатерины Медичи захоронили поодаль. Как и при жизни, супруга не могла претендовать на большее.

Использованы статья Н. Любовича "Екатерина Медичи" из "Энциклопедического словаря Брокгауза и Эфрона", а также материалы из книги С.Л Плешковой "Екатерина Медичи, Черная королева"

4 Re: Екатерина Медичи в Март 23rd 2009, 5:43 pm

Екатерина Медичи


Искусный сочинитель

5 Re: Екатерина Медичи в Сентябрь 25th 2009, 2:42 am

Тайна

avatar
Участник дискуссий
Оправдание Екатерины Медичи
Трудно воссоздать объективный образ королевы-матери, пробираясь сквозь путаные воспоминания современников Медичи, абсолютно не совпадающие версии историков (кроме дат) и, конечно, трактовки событий многовековой давности со стороны служителей различных вероисповеданий. Как любой смертный, она была наделена положительными и отрицательными качествами характера, но в историю вошла как эгоистичная властолюбица, жестокая убийца, честолюбивая лицемерка, хитрая интриганка. Наверное, лучше всего 28-летнее царствование Екатерины Медичи отражено в эпитафии неизвестного автора, приведенной историком Л'Этуаль:

Здесь покоится королева – и дьявол, и ангел.
Достойная порицаний и похвал:
Она поддерживала государство – и оно пало;
Она заключила множество соглашений и устроила немало споров;
Она дала миру трех королей и пять гражданских войн,
Строила замки и разрушала города,
Приняла много хороших законов и плохих эдиктов.
Пожелай ей, Прохожий, Ада и Рая.

Казалось, Екатерине-с детства была предначертана райская жизнь. Она была правнучкой Лоренцо Великолепного, оратора, художника, правителя, миротворца тогдашней Италии, которому удалось дать свое имя веку. Медичи правили флорентийской республикой как подлинные короли, и ее отец герцог Урбинский Лоренцо II, доводившийся племянником папе Льву X, пользовался во Флоренции почти абсолютной властью. Его союз с французской принцессой Мадленой де Ла Тур д'Овернь, графиней Булонской, из рода Бурбонов, считался одним из самых блестящих и к тому же счастливых. Но 13 апреля 1519 года герцогиня произвела на свет дочь Екатерину, а через две недели скончалась в родовой горячке. Следом за ней последовал в могилу и молодой отец. В возрасте двадцати двух дней от роду Екатерина уже была круглой сиротой. Знатное происхождение сделало хорошенькую, пухленькую крошку заложницей династических и государственных игр. Знаменитый, поэт Ариосто написал о малютке-наследнице могущественного рода: «Лишь ветвь одну озеленит листва. Меж страхом и надеждой вдохновенной, кто знает, умертвит ее зима или воскреснет плод весной благословенной». Поначалу окруженная роскошью и заботой, Екатерина уже с 1525 года ощутила на себе угрозу интриг против семейства Медичи. Ее спокойное детство закончилось, когда папа Лев X, а затем и Климент VII стали рассматривать политически независимую Флоренцию как свою вотчину. Чтобы обезопасить жизнь Екатерины, ее фактически заточили в монастырской обители бенедиктинцев Мурате (или Замурованных). Монахини сочувственно относились к мягкой и приветливой девочке.

Когда 6 мая 1527 года Рим был взят войсками коннетабля де Бурбон, а папа Климент VII был пленен, граждане Флоренции решили воспользоваться случаем: 11 мая весь город восстал, решив навсегда избавиться от власти Медичи, старшую ветвь семейства которого теперь представляла только восьмилетняя Екатерина. Боясь будущих претензий на власть с ее стороны, вместо того чтобы изгнать наследницу, ее оставили в качестве заложницы, перемещая из одного монастыря в другой. Но даже в таких условиях Екатерина имела особый талант никого не задевать, не оскорблять и не ранить ничьего самолюбия. С детских лет она овладела искусством смирять свой и укрощать вражеский гнев словом, избегать неприятностей посредством неизменного спокойствия и осторожности, постигая тайну выживания среди политических страстей.

Первые воспоминания Екатерины были связаны с громом оружия, криками ярости и местью восставшей черни. А когда папа и император Священной Римской империи примирились друг с другом, и участь Флоренции была предрешена, горожане решили выместить на беззащитном ребенке свою ненависть к Медичи. В осажденном городе юную герцогиню грозили то поместить в дом терпимости, чтобы у папы пропала охота подыскивать ей подходящую партию (некоторые историки уверенно заявляют, что ее все же отдали на усладу солдат, но тогда бы это исключило последовавший династический брак), то обнаженную выставить на крепостную стену под пули. Когда один из знатных горожан Салвестро Альдобрандини с тремя комиссарами явились, чтобы из обители Мурате перевезти ее к монахиням-доминиканкам Святой Лючии для пострига, они натолкнулись на сопротивление, но не со стороны Екатерины, а аббатисы и монахинь, которые были уверены, что их кроткую девочку ведут на смерть. И тогда наследница великого рода потрясла представителей республики, сказав: «Идите и сообщите моим хозяевам, что я стану монахиней и проведу всю свою жизнь в кругу этих достойных уважения женщин». Они не увидели ни страха, ни слез, а только невероятную грацию и умение сдерживать чувства.

В монастыре Святой Лючии она оставалась вплоть до капитуляции города 12 августа 1528 года. Затем была вызвана в Рим Климентом VII и два года жила в пышном Дамском дворце. Великолепие, созданное гением не одного поколения художников и архитекторов, сформировало ее утонченный художественный вкус, а богатейшая библиотека Ватикана развила интеллект. Екатерина никогда не забывала, чем была обязана монахиням из обители Замурованных, и, уже, будучи королевой, поддерживала монастырь в знак глубокой благодарности и почтения. Не пыталась она мстить и потревожившему ее покой Альдобрандини. Екатерина помнила почтение, выказанное им, и однажды спасла его от смерти, а его сыну помогла вступить на папский трон под именем Климента VIII.

Екатерине было 11 лет, когда посол республики Венеции при папском дворе, Антонио Суриано, написал на родину: «Этот ребенок и в самом деле отличается удивительной живостью и восприимчивостью к окружающему». Но для Климента VII внучка представляла собой крупную козырную карту в политической игре. Живая, общительная, с яркими выразительными глазами, невысокая, худощавая, с красивыми миниатюрными ножками, из богатого и знатного рода, она стала самой заметной невестой Европы и хотя редко появлялась в свете, о ее красоте уже ходили легенды в светских кругах. Сама Медичи рано поняла, что ее чувства и желания никогда и ничего не будут значить: ее взаимная любовь к кузену Ипполиту нарушала «стройную систему» планов Климента VII. На ее руку и сердце претендовали герцоги Мантуи, Урбино, Милана, но победил французский король Франциск I, представив кандидатуру своего младшего сына Генриха, герцога Орлеанского. Жениху и невесте только исполнилось по 13 лет, и свадьбу отложили на год. Но контракт был тщательно разработан и подписан. Екатерина понимала, что ее желают повыгоднее продать, но не противилась сделке. Тяжелое детство научило ее холодному расчету, недоверию к окружающим и скрытности. Те, кто знал Екатерину уже в папском дворце, отмечали в ее взгляде острый ум и металлический холод.

Ученый и дипломат Альфред Реймонт, полномочный посол королевства Пруссии во Флоренции, посвятивший детству Екатерины Медичи целое сочинение, писал:«Она была еще совсем юной, когда покинула Италию, но тревоги ее семьи, бури, разразившиеся вокруг стен монастыря, в котором она нашла убежище, характер тех, кто был ее покровителем, не могли не оказать решающего влияния на неокрепшие дух и разум девочки».

Свадебные торжества состоялись в Марселе 23 октября 1533 года в кафедральном соборе и длились больше месяца. Ватикан и королевский двор Франции состязались в роскоши и богатстве. Екатерина в подвенечном платье была похожа на итальянских мадонн. Но угрюмый, нерешительный и слабовольный мальчик, Генрих Орлеанский, детство которого тоже было безрадостным (во исполнение Мадридского договора он провел в Вальядолиде в монастыре среди монахов на положении пленника четыре года), не замечал прелести супруги. Он отдал предпочтение блистательной красавице, вдове сенешаля Нормандии Диане де Пуатье, которая была на целых двадцать лет старше его и поначалу занималась воспитанием королевского отпрыска, а затем прочно заняла место любовницы. Она была первой и единственной страстью Генриха.

Как только Екатерина ступила на земли своего супруга, ей потребовались вся ловкость и осторожность, чтобы не попасть в силки, уже расставленные для нее. Французская аристократия считала бракосочетание герцога Орлеанского с представительницей рода торговцев, хоть и украшенных папской тиарой, мезальянсом. Джустиньяно, посол республики Венеция во Франции, писал в те годы: «Герцог Орлеанский женился на мадам Екатерине Медичи, и это не доставило удовольствия никому, а скорее можно сказать, вся нация недовольна. Здесь находят, что папа Климент обманул короля». Хотя Екатерине, вышедшей замуж за второго сына Франциска I, судьбой вовсе не предназначалось играть сколь-нибудь заметной политической роли. Единственным честолюбивым притязанием супругов было получение прав на владение герцогствами Миланским и Урбинским.

Двор столь просвещенного и столь могущественного Франциска I не был школой добродетели и высокой морали. Здесь были те же интриги, страсти и преступления, а король к тому же покровительствовал амурным похождениям своих подданных. Юной принцессе предстояло снискать расположение тестя и мужа. Екатерина стала тенью Франциска I, его прилежной ученицей, прислушивалась к советам, сопровождала в государственных поездках по стране и на охоте. «Она просила у короля, – пишет Брантом, – позволения никогда с ним не расставаться. Говорят, она, такая изящная и ловкая, хотела присутствовать при всех его охотах или поездках, дабы извлечь из них полезные секреты и познания как в области охоты, так и в области науки управлять… Среди его спутников в этом она была первой». Он же свидетельствовал, что «молодая обаятельная флорентийка вскоре приобрела новых друзей не только в свите короля и принцев крови, но и среди всех, кто с нею сближался, и была с ними в добром согласии». И это при том, что придворные были разбиты на два воинственных лагеря. Одни поддерживали группировку Дианы де Пуатье, другие были на стороне любовницы короля Анны д'Эстамп. Царедворцы, поэты и художники охотно вмешивались в соперничество двух женщин, но только не Екатерина. Такая неосмотрительность была вовсе не в ее духе. Она понимала, что гораздо выгоднее на первых порах оставаться в одинаково добрых отношениях с обеими враждующими сторонами, ожидая, когда они сами обессилят друг друга. Екатерина предпочла отступить в тень и оказалась подлинным образцом сдержанности и простодушия. Так что истинный образ юной Екатерины Медичи даже отдаленно не напоминал тот тип людоедки, под маской которой ее изображают в большинстве современных романов.
http://vkontakte.ru/id3374426

6 Re: Екатерина Медичи в Сентябрь 25th 2009, 2:44 am

Тайна

avatar
Участник дискуссий
Не существовало и в более поздние годы женщины, напоминающей зловещий призрак. Екатерина Медичи запомнилась современникам великолепным самообладанием, холодной расчетливостью, элегантной надменностью, невозмутимым спокойствием, скрывающим вечный страх в душе. Размеренность и уравновешенность поведения придавали ее облику необычную оригинальность. Нежная кротость в преступлении, всякое отсутствие гнева посреди самых кровавых трагедий и вежливость палача к своим жертвам, ничему не удивляющийся, ничего не страшащийся макиавеллизм, ловко и спокойно играющий законами и человеческой моралью, – таким сложным был подлинный характер Екатерины.

В 1536 году Генрих неожиданно стал наследником престола. Его брат Франциск, сопровождавший короля в Прованс во время военных действий, в жаркий летний день выпил стакан воды со льдом и тотчас же умер. В исторических летописях французского двора виновник не назван, хотя в отравлении никто не сомневался, но спустя годы в этом почему-то обвинили Медичи и верных ей венецианцев. Даже если она и стремилась к власти, то в тогдашнем ее положении это было не выгодно. Будучи уже три года замужем, Екатерина оставалась бездетной, еще через год она испытала позор удочерения незаконнорожденной дочери дофина, а затем еще семь лет жила в страхе получить развод и быть заточенной в монастыре. Тем более, что надежда вместе с супругом взойти на престол после смерти короля ничего не изменила в ее положении при дворе. Сердцем Генриха распоряжалась любовница. Даже когда в 1544 году Екатерина родила первого сына Франциска, о затем еще девять детей (трое из них умерли во младенчестве): Елизавету, Клод, Карла-Максимилиана (будущий Карл IX), Эдуарда-Александра (Генрих III), Маргариту (знаменитая королева Марго), Франсуа-Эркюля, затем взявшего имя Франциска (герцог Алансонский и Анжуйский), она все также играла роль Золушки, которой «разрешалось принимать ласки хозяина и рожать ему детей». И после смерти Франциска I (1547 г.) страной вместе с королем-любовником управляла Диана де Пуатье. Личная камеристка королевы была могущественнее ее самой. Иногда обе женщины объединялись, чтобы дать отпор третьей, как в случае с леди Флеминг, родившей от Генриха сына.

И пока король развлекался или воевал, Екатерина вникала в государственные дела и придворные интриги, обрастала сторонниками. Она преследовала одну цель: ни в чем не отрекаясь от своих прав, сохранить наследство для своих детей, находящееся на территории двух стран. Это развило в ней ответственность и властность. Она лучше мужа представляла, как трудно будет это сделать в государстве, расколотом враждой на два лагеря – протестантов и католиков.

Суеверная Екатерина всегда верила предсказаниям и приметам и никогда ничего не предпринимала, не посоветовавшись с астрологами. В 1559 году сбылось пророчество Нострадамуса. Накануне свадьбы старшей дочери Елизаветы с испанским королем Филиппом II состоялся рыцарский турнир, в котором принял участие Генрих. Копье капитана Монтгомери сломалось о шлем короля и вонзилось в глаз. Спасти ему жизнь медикам не удалось.

Екатерина до конца своей жизни не снимала траурных одежд в знак глубокой скорби о муже, которого, несмотря ни на что, любила. Но теперь, когда власть фактически оказалась в ее руках, она собиралась ею сполна воспользоваться. И хотя трон официально занял ее 16-летний сын Франциск II, вдовствующая королева-мать фактически руководила государством.

Главенствующим для Екатерины стало сохранить династию Валуа. «Будь что будет, а я хочу царствовать!» – скорее это было ее девизом, чем выбитые на гербе слова: «Свет и покой». От своих предков Медичи унаследовала все добродетели и пороки и шла к своей цели всеми законными и незаконными способами. Ее жизнь была полна страха за свою судьбу и детей. «Волшебное зеркало» предсказало Екатерине, что на престоле она увидит всех своих сыновей. Франциск II совершил в нем по залу лишь один круг (умер в 1560 году), Карл IX сделал 14 кругов, Генрих III – 15, «молнией промелькнул и исчез» герцог де Гиз, и его место занял Генрих Наваррский (так что Екатерина была уверена, что выдает свою дочь за будущего короля, с которым та была обручена с четырехлетнего возраста, и знала, какой кровью омоется их свадьба). Королева пыталась при помощи интриг, умиротворения, сталкивания противников лбами, всевозможных козней, вплоть до ядов, подкупа и убийств неугодных, сохранить власть сыновей, а значит, и свою. Екатерина создала агентурную сеть не только во Франции, но, пожалуй, и во всей Европе. Повсюду были у нее шпионы. Она зорко следила за всеми выдающимися лицами и перехватывала частную корреспонденцию. Ведя благочестивый образ жизни вдовы, других она проверяла на прочность всевозможными соблазнами. Одним из ее любимых детищ стал «летучий эскадрон любви», прозванный так историками, состоявший из двухсот фрейлин королевского двора, «разодетых, как богини; но доступных, как простые смертные». Писатель и историк Анри Эстьен писал: «Чаще всего с помощью девиц из своей свиты она атаковала и побеждала самых грозных противников. И за это ее прозвали "великой сводницей королевства"…». Перед прекрасной мадемуазель Изабель де Линней пал даже лидер реформации принц Конде и, не прислушиваясь к мнению своих советников, подписал договор, выгодный для Медичи.

Но как ни пыталась королева-мать навести порядок в королевстве, все попытки оказались тщетными. Ей и ее сыновьям выпало «штормовое» для Франции время правления. Глухая вражда между католиками и гугенотами грозила полностью, уничтожить страну. Екатерина почитала себя спасительницей трона, но ее лавирование между двумя партиями, временные уступки только вызывали недовольство и в результате заканчивались резней и религиозными войнами. Государственная казна была полностью истощена, народ голодал, а Екатерина, выводя страну из одного тупика, тут же попадала в другой. Воспитанная при папском дворе, она, конечно, стояла на стороне католиков, но, боясь влияния могущественного рода де Гизов, часто брала сторону протестантов. Ее «миротворческая» политика не устраивала ни одну из сторон. Лавируя и стравливая религиозных врагов, королева пыталась укрепить свою власть. Частично это ей удалось: с ее авторитетом считались и католики и гугеноты. Исполняя обязанности регентши при малолетнем короле Карле IX (1550–1574 гг.) и оставаясь просто королевой-матерью при Генрихе III (1551–1589 гг.), Екатерина фактически самостоятельно строила государственную политику Франции.

В отличие от своих сыновей-королей она была деятельной, энергичной, умела веселиться, работать, и часто именно ей приходилось разрешать проблемы, созданные ее отпрысками. Детей любила, но любовь ее была властной: за неповиновение она могла и побить, интересы династии всегда ставила выше их собственных. Династические браки, которые Екатерина устраивала, не принесли счастья ни одному из рода Валуа. А свадьба Маргариты с ненавистным ей королем Генрихом Наваррским закончилась жуткой Варфоломеевской ночью. О любовных похождениях королевской дочери ходила масса нелицеприятных слухов. Это не особо волновало королеву (ведя добропорядочный образ жизни, она откровенно поощряла разврат), пока Маргарита не обратила внимание на Генриха де Гиза. Впустить в свою семью отпрыска ненавистных Гизов было для Медичи равносильно утрате трона. Чтобы не закончить свою жизнь от яда или кинжала, юноша быстренько объявил о своем браке с Екатериной Клевской и покинул Париж. Медичи сделала все, вплоть до подделки папского разрешения на союз католички и протестанта. Впоследствии многие уверенно заявляли, что она отравила мать Генриха Наваррского, долгое время сопротивляющуюся его браку, с помощью посланных ей пропитанных ядом перчаток, хотя собственные придворные врачи королевы Наваррской Жанны д'Альбре утверждали, что она болела туберкулезом, а вскрытие обнаружило абсцесс правого легкого и опухоль мозга. Недаром Бальзак, в отличие от Дюма и Мериме, писал в философском этюде «О Екатерине Медичи», что флорентийка даже после смерти супруга не отравила его любовницу, хотя по понятным причинам ненавидела ее и вполне могла бы это сделать. Так что львиную часть злодейств Медичи историки относят к фантазиям литераторов.

Конечно, брак с католиком был бы предпочтительней, но Карл X, временно попавший под влияние гугенота Колиньи, встал на сторону протестантов. Колиньи с настойчивостью маньяка склонял короля объявить войну Испании, а главное, не боялся открыто угрожать королеве. Война с Испанией была бы безумием и обещала закончиться для Франции катастрофой.

Медичи стремилась удержать своего венценосного сына от столь. губительного шага. Екатерина понимала, что одна чаша весов сильно перевесила, и задумала (естественно, согласовав все с сыном) сразу после свадьбы Маргариты с Наваррским убить несколько протестантских лидеров, дабы ослабить их движение как организованную военную силу. Сделать это было не трудно: все видные дворяне-гугеноты, прибывшие на торжество, «компактно» разместились в Лувре и вокруг него. Бойня началась в 3 часа ночи 24 августа 1572 года, накануне праздника Св. Варфоломея. К пяти утра спланированная акция была успешно завершена, но получила неожиданное для королевы продолжение: парижская беднота еще три дня «резала горло» всем подряд, не спрашивая вероисповедания, грабя и бесчинствуя. В первое же утро резни произошло чудо: на кладбище Невинноубиенных Младенцев расцвел засохший боярышник и стал сочиться кровью. Чудесное происшествие подлило масла в огонь. Бог был «на стороне католиков». Убийства, как водится, сопровождались грабежами и сведением личных счетов. «Эпидемия» жестокости растеклась по всему королевству: по разным свидетельствам, было уничтожено от 5 до 30 тысяч человек. «Французы спятили, им отказали разом и чувства, и душа, и мужество, и разум». Так коротко и убийственно красноречиво описал Варфоломеевскую ночь гугенот Агриппа д'Обинье в «Трагических поэмах». Но всю вину за пролитую кровь переложили, на плечи Медичи.

Не успела Екатерина «восстановить» мир и отправить сына Генриха править Польшей, как истек срок, отведенный «зеркалом» Карлу IX. Королева-мать не пожелала отдать трон амбициозному и вечно недовольному герцогу Алансонскому и Анжуйскому. Она сохраняла его для любимого сына Генриха, который же, решив править самостоятельно, допускал один просчет за другим. Дошло до войны между родными братьями, не говоря уже о короле Наваррском. Генрих III пытался показать свою власть, Екатерина спешила исправить его ошибки, используя свой авторитет и государственную казну. В течение полутора лет 60-летняя королева колесила по стране в попытках разрешить проблемы и спасти род Валуа. Силы она растрачивала впустую. К 1585 году в живых оставались только Маргарита Наваррская и Генрих III, ненавидящие друг друга.

Власть Валуа подтачивали Гизы, они образовали фанатичную Святую Лигу. Постаревшая, страдающая от многочисленных болезней, королева не могла спасти авторитет сына. Генрих то предавался чрезмерным удовольствиям, то впадал в депрессию и крайнюю религиозность. Во время пятой гражданской войны, пришедшейся на время ее правления, Екатерина взвалила на себя обязанности военного интенданта, во время осады Парижа следила за строительством фортификационных сооружений, организовывала разведку. Современники свидетельствовали, что при осаде Руана Екатерина Медичи вела себя как истинный воин: «Орудийные залпы и пальба аркебуз со всех сторон сыпались на нее, а она не обращала на это никакого внимания. Когда коннетабль Франции де Гиз упрекнул ее в желании накликать на себя несчастье, она всего лишь рассмеялась и сказала, что столь же бесстрашна, как и он; приучена ко всем воинским трудам в такой же степени, в какой и любой из сопровождающих ее спутников мужчин». К ней всегда относились с должным почтением. Когда в мае 1588 года королевское правительство было свергнуто, Генрих III в страхе бежал, оставив мать и свою жену заложницами у Гизов, королева сумела сохранить свое достоинство во время переговоров. Она с болью пережила отставку правительства, которое сама создавала, позор сына, который, хотя и остался на троне, но королем в полном смысле слова не был.

15 декабря 1588 года Екатерина слегла с сильным воспалением легких. Напоследок сын «порадовал» мать коварным и зверским убийством герцога де Гиза. Она поняла, что династия Валуа лишилась королевства. 5 января 1589 года королева, которая в течение 28 лет, спасая семью, сумела сохранить и единство нации, скончалась. Даже умирая, она подтвердила предсказание Нострадамуса: «Сен-Жермен первый узнает о ее смерти». Хотя она постоянно избегала мест, носящих такое название, пророчество сбылось: Екатерина Медичи скончалась на руках королевского проповедника по имени Сен-Жермен. Бедняки шептались: «У нас больше нет королевы-матери, которая даст нам мир». А ее даже не похоронили по-человечески, и лишь спустя годы отдали телу королевские почести.

Шли годы. «Добрые» короли сменялись на престоле, и личность Екатерины Медичи обрастала зловещими подробностями: отравлениями, колдовством, убийствами Неугодных. Многие забыли, что, по свидетельству современников, под ее черными одеждами скрывалась привлекательная жизнелюбивая женщина с незаурядным характером и веселым темпераментом, с изящными манерами и строгим умом. Она с удовольствием устраивала празднества и представила своим гостям первый в истории публичный балет – «Комичный балет королевы», строила дворцы (Тюильери, Суассонский отель), разбивала прекрасные парки и много читала, легко разбиралась в чертежах и сметах. Ее личная библиотека насчитывала 4500 томов, а при дворе королевы были «штатные» поэты и художники. Екатерина покровительствовала искусствам, прививала изящество манер придворным, и королевский двор при ней прославился на всю Европу.

Едва ли можно с легкостью постичь мотивы ее поступков и причины, породившие их. Тем более что по поводу ее жизни и деятельности было провозглашено много взаимоисключающих приговоров. На взгляд одних, она была всего лишь интриганкой без всякого признака таланта и цели, жившей желаниями текущего дня, не способной видеть перспективу и часто запутывавшейся в собственных силках. На взгляд других – представляла личность незаурядную, трагическую, которая поставила перед собой задачу объединения Франции – подлинно великую и общенациональную, и все силы направляла к достижению этой цели.
http://vkontakte.ru/id3374426

Спонсируемый контент


Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу  Сообщение [Страница 1 из 1]

Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения

 
  •  

Создать форум | © PunBB | Бесплатный форум поддержки | Контакты | Сообщить о нарушении | Создать бесплатный блог