Ролевая игра Графиня де Монсоро
Добро пожаловать в ролевую игру Графиня де Монсоро! Мы рады приветствовать Вас во Франции эпохи Возрождения. Здесь каждый может прикоснуться к безвозвратно ушедшей от нас эпохе: интриги, приключения, настоящая отвага и, конечно, любовь... Попробуйте себя в качестве уже полюбившихся персонажей или найдите свой собственный образ. Если Вы в первый раз на нашем форуме - пожалуйста, пройдите регистрацию.

Вы не подключены. Войдите или зарегистрируйтесь

На страницу : Предыдущий  1, 2

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз  Сообщение [Страница 2 из 2]


Екатерина Медичи


Искусный сочинитель
Первое сообщение в теме :

18 июня 1576 года, полдень.
Участники:
маркиз де Можирон и Жаклин де Мариньи (Лонгвей).

Квест состоит из двух частей:
1. 18 июня 1576 года, Короли шутят, I часть
18 июня 1576 года, утро после королевской охоты в окрестностях Фонтенбло.
Участники: Екатерина Медичи и Генрих III Валуа. Позже, Жаклин де Мариньи (Лонгвей).
2. 18 июня 1576 года, вечер.
Участники: маркиз де Можирон и Жаклин де Мариньи (Лонгвей).
Квест является продолжением серии объединенных собой мини эпизодов:
1. 17 июня 1576 года, Королевская Охота в окрестностях Фонтенбло. Генрих Валуа, Жаклин де Лонгвей (де Мариньи).
2. 17 июня 1576 года, вечер. "Молился ли ты на ночь, Генрике? Или ссора короля и фаворита".
3. 17 июня 1576 года , покои Луизы де Водемон, вечер. Генрих Валуа, Луиза де Водемон.

маркиз де Можирон


Миньон короля
Пропустив мимо ушей, все рассуждения графини по поводу восхищения королем и в чем же состоит «ничья» между дамами и кавалерами, Людовик думал, что прокатиться еще раз все же стоило. Для раны, конечно, нагрузка большая, но тугость наложенной повязки позволяла еще немного развлечься. Маркиз глубоко вздохнул, проверяя на полную ли мощь своих легких, он может дышать. Испытав весьма неприятные ощущения в области раны, молодой человек решил пока не повторять сей опыт, и поморщился с досады. Да еще эта мамзель вздумала поиграть в «бой титанов», что никак не способствовало улучшению состояния.
Можиро поднял на дамочку удивленный взгляд, услышав ее просьбу.
- Хотите, попробуйте, - безразлично пожал плечами миньон, - только аккуратнее – у коня нрав не лучше, чем у хозяина. И вам придется встать и обойти меня, а так же сполоснуть руки – мы с Гефестом, в отличие от собак Его Величества, на дух не переносим запах аниса.
Жестом указав фрейлине на сахар, разрешая взять кусок, королевский фаворит повернулся к буланому. Его черная грива, хвост – пусть и не слишком густые, и песчаное тело блестели на солнце, подчеркивая ухоженность зверя. Высокие крепкие сухие ноги, изящная голова с трепещущими ноздрями и выразительными глазами, оленья шея, легкость движений – все выдавало в благородном животном великолепный образчик ахалтекинской породы. Это был поистине королевский подарок от Генриха, который очень тонко чувствовал своих друзей, и любой его презент был ценен не столько своей значимостью, сколько тщательностью выбора монарха.
- Кстати, к запаху вина эта взбалмошная особь относится весьма благодушно, - маркиз не отрывал взора от своего любимца и сообразит ли мадемуазель де Мариньи, что ей предлагают помыть руки вином, принесенным ей же, было сугубо ее личным делом.

Жаклин де Лонгвей


Искусный сочинитель
Минуты проведенные на этом треклятом лугу, казались молодой женщине сущим наказанием. Маркиз играл ее настроением, как господин де Келюс своим неизменным бильбоке. Ярость, злость, благодушие, желание и дружеская расположенность тасовались меж собой. Как он это делал? Впрочем не это было самое главное сейчас, а то, что Ее величество дала задание ох как не из легких! Как было бы к месту сейчас швырнуть этому наглецу в лицо все его мерзкие шуточки, всю его иронию и покинуть поляну, гордо выпрямив спину и переступая ногами в шелковых туфлях, наверняка уже запачканных землей и сочной зеленью травы, но нужно было закончить поручение, да и слова не вещи, которые так легко можно кидать, с ними нужно обходится аккуратнее.
Как же было обидно, что ни одна из ее уловок не действовала на этого человека. Ранее такие мужчины ей не встречались, обычно ложились к ногам юной прелестницы, моля о внимании... Не важно, что их прельщало одно - ее тело, главное была победа, а этот наглец... Может и правда миньоны короля предпочитают общество друг друга в своих спальнях? Или общество короля? Но как же слухи про их любовные связи, которые блуждают среди придворных.
Какие же женщины ему нравились, что прелести Жаклин де Мариньи не казались соблазнительными настолько, чтобы он захотел ими овладеть?! Чувство обиды охватило девушку и в глазах заблестели слезы, но не только обида была в них, но и решимость.
- Ну что ж..., - улыбка появилась на нежных губах молодой дамы, украсив ее личико. Изящно встав, Жаклин подобрала юбки пальчиками и направилась к кувшину, стоявшему неподалеку. Мыть руки в вине, конечно, в новинку и не очень приятно, но выхода не было. Словно по мановению руки возвращалась хваленая выдержка придворной дамы, и вспоминались уроки ее величества Екатерины Медичи, успокаивались эмоции, клокотавшие в высокой полуобнаженной зеленым корсажем груди, заставляя принять ее обладательницу совершенно милый и беззаботный вид. Аккуратно присев возле кувшина в пол оборота к маркизу, Жаклин подхватила кувшин одной рукой и налила вина в ладонь второй руки, сложенную ковшиком.
- Быть может, анис не любите Вы и Ваш конь, зато это расслабило собак. А от столь неприятного аромата я сейчас избавлюсь…, - дама умолкла, старательно оттирая пальцами под тонкой струйкой вина анис. Комичность ситуации уже дошла до графини, и она представляла, как над ней будет смеяться весь двор, если маркиз решит распространить эту историю, это не способствовало хорошему настроению, но улыбка на губах фрейлины от этого не угасла. Закончив с ополаскиванием рук, девушка поставила кувшин на траву, мельком кинув настороженный взгляд в сторону маркиза. Жаклин значительно присмирела в сравнении с тем настроением, в котором она находилась на момент прихода сюда и ее злость и гонор улетучились. Она ждала нового града насмешек и злых шуток в ответ на свои действия. Похоже, этому человеку нравилось дразнить ее и играть на том, что она ему не нужна, а вот он ей явно нужен. И, кажется, Людовик это понимал.
Вытерев руки краешком нижней юбки, Жаклин чуть скривилась, увидев розовые разводы на белом полотне, но игра стоила свеч.
- Я готова, - весело сообщила молодая женщина, уже взяв кусок сахара такой приятно тяжелый и немного липнущий к пальцам, пряно пахнущим вином. Конь во всем своем великолепии стоял неподалеку от фрейлины и при взгляде на него перехватывало дух, настолько это благородное животное было красиво, но и пугало… Маркиз предупредил о нраве коня, а это значило, что от него можно было ждать чего угодно. Графиня аккуратно зашла с головы, не отводя глаз от коня и протянула ладонь на встречу лошадиной морде. Ласковые губы, покрытые беспорядочно растущей жесткой шерстью коснулись ладони и аккуратно сняли с нее сахар. Вдохновленная удачным опытом общения с конем, Жаклин осмелилась дотронуться до жесткой гривы и нежно провела по ней рукой. Гефест лишь настороженно косился на молодую женщину, но не протестовал против ласки. Эта маленькая победа заставила фрейлину тихонько засмеяться смехом счастливого ребенка.
- Видите? Я ему понравилась!, - совершенно детский восторг обуял Жаклин и она повернула к маркизу свое светящееся смехом лицо. Девушку на самом деле очень обрадовало то, что хоть кто-то принял ее радушно в этой компании, состоящей из одного мужчины, агрессивно настроенных собак и буланого коня. Уже сейчас графиня начинала понимать, что нарушать такое уединение чревато, но так как она недавно служила при Екатерине и мало знала нравы миньонов короля, ей можно было бы простить эту вольность.

маркиз де Можирон


Миньон короля
Луи с легким удивлением взирал на девушку, которая вняла-таки его совету и пошла мыть руки вином. Ему были абсолютно безразличны причины, вызвавшие увлажнение глаз придворной, но ее поведение вызывало любопытство. Молодой человек наблюдал, за тем, как она пошла к коню с нескрываемым интересом, хотя и закусил губу сдерживая смех, когда представил, что сия дама вернется во дворец Фонтенбло пропахшая насквозь не духами, а вином. Гефест милостливо принял угощение и это отчего-то порадовало Можиро не меньше, чем саму Жаклин. Оказывается этой женщине нужно совсем немного для вот такой искренней радости. Всего лишь признание, пусть и этого непростого, но зверя. Маркиз даже поднялся и улыбнулся. Правда непонятно кому была адресована эта улыбка - другу или графине, но она определенно была благодушной.
- Вижу, мадемуазель,- без опаски Людовик ласково похлопал буланого по морде, и прошептал ему в дальнее от фрейлины ухо - предатель и хитрец.
Мадемуазель де Мариньи явно не собиралась покидать собравшееся на выгоне общество, и Людовика все больше и больше интересовали мотивы ее поведения.
- Прокатиться не хотите, сударыня, раз уж вас так любезно приняли? - миньон безбожно разливал сарказм благодушной интонацией, ибо прекрасно понимал, что девушке не под силу взобраться на коня без посторонеей помощи, когда на том отсутсвует седло и стоит он весьма неспокойно. Однако, накануне графиня показала чудеса ловкости и силы воли, как ни в чем не бывало, вскочив на свою лошадь после потери сознания, если таковая и была. И коли она все же изъявит подобное желание, то ей неминуемо придется просить мужчину о помощи. А вот окажет он ее или нет - это фаворит Его Величества Генриха III Валуа еще не решил сам.

Жаклин де Лонгвей


Искусный сочинитель
Жаклин с удовольствием следила, как маркиз де Можирон тоже подошел к коню и погладил его. Сама она не отходила от умного животного, которое все еще косилось на нее чуть недоверчивым взглядом. Улыбка молодого фаворита поощрила фрейлину к смелости, утраченную было впоследствии прочих неудачных попыток приблизится к мужчине. Но этого было еще несомненно мало для того, чтобы расслабится и вести себя более естесственно и в свое удовольствие.
- Ваш конь очень мил, - весело сообщила де Мариньи своему собеседнику, - Я вообще люблю лошадей - это моя слабость с детства. Они, как мне кажется, тоже ко мне относятся хорошо.
Однако предложение маркиза застигло молодую женщину врасплох. Конь был без упряжи, явно достаточно горячь и принимал команды бесприкословно только от своего хозяина. На некоторое время над поляной повисло молчание, нарушаемое только конем, который тихонько пофыркивал, обнюхивая руки дамы, пахнущие вином. Жаклин в растерянности оценивала ситуацию. Отказыватся от предложения было немыслимо, да и не хотелось ей этого. Платье было отнюдь не предназначено для прогулок верхом. Его крой для коридоров Лувра, для прогулки в оранжерее степенным шагом, но никак не для укрощения буланого, который явно может попытатся показать свой характер, а если он еще и победит, то мадмуазель де Мариньи рискует оказатся на земле в весьма неприглядном виде. Жаклин молча прокляла тот момент, когда приняла решение одеть это дурацкое зеленое платье с большим декольте - единственное его достоинство в данной ситуации.
Девушка подняла на маркиза глаза и улыбнулась.
- Сударь, я с удовольствием бы приняла Ваше предложение, боюсь только, что мой наряд и сбруя коня, точнее ее отсуствие, не располагают к этому, но...
Смущенная улыбка тронула алые губы, на щеках появлися чуть видимый румянец, а в голубых глазах мелькнул задорный огонек. Несколько неуогомонных локонов выпало из прически, повинуясь порывам ветра, и теперь лежало на груди и спине золтистыми змейками. Один из них попал в теплую ложбинку декольте и приятно щекотал кожу при движениях.
- Но я не в силах отказатся от столь заманчивого предложения. Ваш конь просто идеал лошадиной красоты и мощи. Вырастить животное в такой форме может только человек действительно хорошо разбирающийся в лошадях и любящий их. Быть может Вы составите мне компанию в этой поездке?
И Жаклин вновь улыбнулась обезоруживающей улыбкой. Она была ниже фоварита почти на целую голову, а потому при разговоре приходилось задирать подбородок вверх, особенно если учитывать, что мужчина стоял так близко к ней. Рост и вес фрейлины вместе с весом маркиза вполне были посильной ношей для Гефеста, теперь все зависело от того, есть ли желание у его хозяина приблизится к молодой женщине и получить прекрасную возможность заключить ее в объятия и хороший обзор ее прелестей. Жаклин была отнюдь не глупа и прекрасно понимала, что да, она раздражает маркиза, но отнюдь не на столько, насколько он хочет показать. Если бы она была ему противна, то уже давным давно фаворит покинул эту поляну верхом на своем коне, оставляя ей комки сырой земли из под копыт на прощание. Но он был тут и явно не собирался покидать даму из свиты Екатерины Медичи наедине с травой и деревьями. Придворная вежливость и этикет тут были явно непричём, это маркиз де Можирон показал ей еще вчера на охоте, но тогда что же? Интерес..?

маркиз де Можирон


Миньон короля
Вместо ответа, Людовик улыбнулся, обхватил стан девушки, отметив, что пальцам не хватает совсем немного, чтобы сомкнуться, и поднял хрупкое создание над головой, словно маленького ребенка.
- Пару мгновений вам придется продержаться одной, сударыня. Так что прижмитесь грудью к коню, обхватывая его руками, - с этими словами маркиз усадил мадемуазель де Мариньи на спину Гефеста. Пока фрейлина в одиночку балансировала на гладкой шерсти буланого, молодой человек обошел скакуна с другой стороны и легко запрыгнул ему на круп. Вся затея была полнейшим сумасбродством, ибо держаться можно было только что за воздух. Приложив определенные усилия, Можиро сохранил равновесие и только чудом не свалился на землю – подлое животное начало прядать ушами и беспокойно топтаться на месте, что не способствовало пребыванию на нем. Видимо в планы коня не входило катание на нем вдвоем. Но ему пришлось смириться с данным фактом, коли он так любезно принял прибывшую с кувшином особу. Устроившись более-менее удобно, фаворит Его Величества ласково обвил талию сидящей впереди женщины рукой, придвинувшись к ней теснее, и нежно сжал ногами конские бока, пуская своего приятеля шагом. Тот недовольно мотнул головой, но подчинился. Мариньи, по сути, оказалась в полной власти Луи – ему стоило только чуть сильнее сдавить колени и отпустить руку и фрейлина окажется на земле. Последствия такого поступка были известны только Господу.
- А теперь, моя дорогая, давайте на чистоту – желание извиниться, конечно, похвально, но что-то не вериться, что лишь ради него особа вашего склада характера пойдет на конский выгон, пачкая о соки травы свои туфельки, да еще прихватит с собой вино, рискуя вызвать толки челяди. – Губы маркиза находились у самого ушка отчаянной наездницы, и сталь его голоса горячей жидкой массой текла прямо в ее мозг, не растрачивая в воздухе свой напор. – Хотели поинтересоваться моим здоровьем? Для того достаточно было послать служанку в покои миньонов и вы получили бы все ответы. Я вам нравлюсь? Еще забавнее – вы должны были понимать, что придя сюда и нарушая мое одиночество, не вызовете положительных эмоций, хотя я пытался быть мил, - злая усмешка скривила рот Можиро, а рука с силой сдавила талию дамы. – Последний раз спрашиваю мадемуазель – что вам надо от меня? И что еще более меня интересует – что вам надо было вчера от Генриха Валуа? – последний вопрос миньон почти прорычал, - Советую быть честной, иначе…, - незаметное движение и Гефест ускорил темп, - иначе не только на охотах случаются несчастные случаи… А сегодня фортуна не на вашей стороне.

Жаклин де Лонгвей


Искусный сочинитель
Приятным волнением и легким возбуждением отдалось в теле прикосновение маркиза. Сильная рука, словно стальной, но все же необычайно нежный обруч властно прижала Жаклин к фавориту, заставляя на ее щеках заиграть легкий румянец не то от удовольствия, не то от смущения, что теперь молодой человек имеет полный обзор декольте фрейлины королевы матери.
Остроты ощущениям придавало также и то, что де Мариньи чувствовала - она в полной власти маркиза де Можирона, который управлял сильным животным, удерживая на его спине себя и молодую женщину. Было страшно и... необычайно приятно. Прежде ей никогда не приходилось испытывать подобных ощущений. Вся та перепалка, что недавно происходила на этой поляне, была вмиг забыта и только ощущение сильной мужской руки, прижимающей Жаклин к торсу маркиза, его дыхание, опаляющее ухо приятным теплом и гладкая спина лошади заполнили мир вокруг фрейлины...
Голос молодого человека вывел Жаклин из приятного забытья, длившегося несколько мгновений, и заставил сердце испуганно биться, а грудь взволнованно вздыматься. Едва она в растерянности открыла рот, чтобы постараться что-то ответить, как маркиз де Можирон резко прижал ее к себе.
Жаклин ахнула, испуганно хватаясь за эту руку, выгнувшись дугой, чтобы прижаться к тому, что мог в любой момент скинуть ее под конские копыта...
Дыхание сбилось, в голубых глазах застыл ужас, а недавно розовые щеки покрыла мертвенная бледность.
- Сударь, убавьте темп, я умоляю, - Жаклин едва дышала, прижимаясь к маркизу, как своей последней надежде на спасение. Слова и тон Людовика говорили о том, что он не шутит и сделает все, чтобы узнать правду.
- Я все Вам скажу, только остановите коня.

маркиз де Можирон


Миньон короля
Мариньи сидела спиной к маркизу и не могла видеть его довольной улыбки. Прижавшись теснее, она только выдала свой неподдельный страх.
- Мадемуазель, по-моему, у нас чудная прогулка, - небрежность, с которой говорил миньон, граничила с безрассудством, - Гефест сам сбавит ход, спустя время, а мы с вами пока светски побеседуем.
Луи заглянул через плечо графини в ее испуганные глаза. Нечто, сродни жалости, как шевельнулось, так и затихло в его сердце. Каждый мускул на лице королевского любимца был скован льдом надменности. – Не так ли, сударыня?
Назойливость фрейлины королевы-матери могла посоперничать лишь с настойчивостью мухи, стремящейся попасть в банку с вареньем в поиске той самой ложки, о которой мы не будем здесь упоминать.
Нутром Людовик чувствовал, что все это неспроста и жаждал получить ответы на свои уже заданные вопросы.
- Не возражаете, если ради вашей же безопасности я придержу вас, пока вы говорите? Пальцы маркиза сдавили бок девушки еще сильнее. Для любого, кто невзначай бы увидел все это действо, могло показаться, что пара влюбленных беспечно катается по выгону. И только конь чувствовал все напряжение сидящих на нем людей. Солнце светило все жарче и молодой человек уже предчувствовал насмешки друзей по поводу своего вульгарного загара. Доброты и чуткости подобные мысли Можирону не прибавляли.
- Кстати, самое время упасть в обморок – это у вас так прелестно выходит, - злым шепотом насмешка-таки слетела с уст Луи, - только я никогда не осмелюсь тягаться с Его Величеством в благородстве.

Жаклин де Лонгвей


Искусный сочинитель
Как ни странно, маркиз был прав – Жаклин была близка к обмороку. Страх, рука, стальным обручем сжимавшая ее стан, и жесткий корсет не давали бедняжке вздохнуть. Мысленно она проклинала королеву-мать за её поручения, в тоже время, как непокорная часть ее существа люто ненавидела молодого человека и размышляла над тем, как избавится от своего унизительного положения.
Прижавшись к телу своего мучителя, Жаклин замерла, стараясь не двигаться и тем самым лишая себя возможности маневрировать на спине коня, впрочем, этого лишали ее и объятия маркиза.
Холодный блеск синих глаз обжег женщину не хуже раскаленной жаровни, а по телу пробежала нервная дрожь. Предательские слезы туманом застлали все вокруг. Слезы злости, испуга и ненависти.
- Я уже сказала Вам, что начну говорить, когда Вы сбавите темп коня, а лучше вообще остановите его, - голос с предательски дрожал, выдавая состояние своей хозяйки.
- Иначе Вы не узнаете ничего. Хотите скинуть меня под копыта лошади? Это будет весьма разумно с Вашей стороны как мужчины, так и заинтересованного лица!
Последнее Жаклин уже выкрикнула с истеричными нотками, задыхаясь от паники и ненависти. Ее разрывало чувство негодования, и оно все больше росло и крепло в ней. Как она могла испытывать к этому человеку физическую тягу? Когда он готов кинуть ее под копыта своего коня, как гнилой плод. А эта фанатичная любовь к королю, эта безумная любовь… Быть может и правду говорят про королевских фаворитов и французского монарха? А все эти любовные интрижки с женщинами – прикрытие для европейских дворов? 
Стараясь успокоится и перестать задыхаться в приступе паники, молодая женщина, судорожно сглотнула.
- Остановите и поговорим, - на этот раз ей удалось вернуть себе хоть какое-то спокойствие, - Вы услышите, что хотите, но не более, чем я смогу Вам рассказать про Вашего и моего повелителя.
Терпение у фрейлины лопнуло и больше эмоции, чем разум руководили сейчас ее действиями.

маркиз де Можирон


Миньон короля
- Стоит ли так горячиться, сударыня? Вы же хотели прокатиться – вот мы и катаемся. Может прибавить скорости? – паника, которую выдавала Жаклин, не была похожа на женскую уловку, но Можиро не доверял представительницам противоположенного пола. Сейчас она говорит одно, а спусти ее на землю – будет вещать совсем иное. Это не годилось. Дрожь графини ощущалась не только в голосе. Даже сквозь панцирь корсета можно было почувствовать насколько страшно женщине. Но маркиза совсем не радовал этот момент. Ему нужны были ответы, хотя, что скрывать, ужас этой девицы тоже грел душу.
- Мадемуазель де Мариньи, я не люблю, когда дамы мне ставят условия даже больше, чем, когда они приходят туда, где их не ждут, - Людовик уже даже ненависти не испытывал. Раздражение. Лепетание, переходящее на крик… И что она делает у королевы-матери? Хороша, конечно, но для мадам Катрин этого всегда было мало.
- Я понимаю все обуревающие вас сейчас чувства, душа моя. Ненависть, отчаянье, опасение за свою жизнь, скорее всего, даже презрение, - маркиз повел беседу, словно они сидели за шикарно накрытым обеденным столом и не спеша потягивали вино, - Но разве ваша повелительница, не говорила вам, что все эти чувства не лучшие советчики? Или вы были невнимательной слушательницей?

Подавшись вперед всем телом и сгибая почти пополам свою спутницу, миньон погладил по шее буланого и тихонько шепнул ему пару слов. Конь чуть замедлил темп, но не остановился. А Луи разогнулся, с трудом сам удерживая равновесие, и легким рывком вернул фрейлину в прежнее положение.
- Продолжим. Мы сбавили темп, как вы того и просили вначале. Я слушаю вас, ибо никаких гарантий, что вы будете продолжать разговор, оказавшись в безопасности у меня нет. Моя гарантия в том, что я вас еще держу.- Молодой человек чуть ослабил хватку, делая вид, что собирается убрать руку. Но тут же опять плотно прижал графиню к себе. - Как знать…- Можирон сделал многозначительную паузу, - .. как знать, может я и помогу вам, раз уж вы так настойчиво добивались чего-то от меня. Зависит от вашей сговорчивости и откровенности, мадемуазель.
Оставалось только поклониться даме, но на то не было никакой возможности.

Жаклин де Лонгвей


Искусный сочинитель
Жаклин слушала мерзкий для нее голос, закусив губу и глотая слезы ярости горькие донельзя. Будь ее воля, она бы откусила миньону руку, которой он так грубо прижимал ее к себе. Но, к сожалению, это было ей недоступно и в отличии от своего мучителя, фрейлина ее величества королевы-матери была хорошо воспитана. Усмешка скривила губы красивой формы, так часто выдающие фальшивые улыбки:
- Вы хотите знать, чему учит ее величество Екатерина Медичи? О, сударь! Она учит многому!, - голос вновь дрогнул, выдавая истерическое состояние молодой женщины.
Действия маркиза прервали речь дамы, а его дыхание неприятно защекотало ухо, когда мужчина склонился к коню. По телу пробежала дрожь отвращения и ненависти, заставляя Жаклин едва ли не дернутся, от переполнявших ее чувств.
Вернувшись в прежнее положение и обретя вновь возможность говорить, де Мариньи продолжила, сверкая глазами, полными злости. Она отнюдь не была сейчас привлекательна, а скорее наоборот, настолько сжигавшее ее чувство ненависти обезобразило миловидные черты.
- Итак, Вы хотите знать… Так знайте, сударь, что мы с Вами игрушки в руках короля и его матушки!, - в голосе зазвенели нотки некоего торжества. Жаклин радовалась, что сейчас раскроет глаза этого напыщенного самодовольного молодого человека.
- Я должна была попросить у Вас прощения за то, что было вчера и сблизится с Вами. Не знаю, зачем это нужно королю. Ведь он видел, как Вы отнеслись ко мне вчера.
Замолчав, чтобы передохнуть, Жаклин продолжила.
- Если я не выполню свое поручение, меня вышлют или придумают еще какое-то наказание. А для Вас, как я понимаю, новую шутку.

маркиз де Можирон


Миньон короля
Вновь без предупреждения согнув даму, маркиз наклонился к коню.
- Тпруу, стой, Гефест, - поглаживая коня по шее, Людовик подождал, пока тот остановится. – Держитесь крепче, мадемуазель, - положив руки своей спутницы на шею буланому и оставив ей самой решать, стоит ли следовать его совету, маркиз спустился на траву. В этой «прогулке» они уехали довольно далеко от места, где встретились, и чтобы вернуться назад, предстояло пройти не меньше трех четвертей часа. Бесцеремонно, в своей задумчивости, Луи стащил с жеребца графиню за бедра и поставил на землю.
- Дворец там, - указал рукой в нужном направлении, - свое общество более не навязываю – я услышал все, что хотел. Благодарю.
Сказать, что миньон был «выбит из седла» было бы не верно. Озадачен. Молодой человек сохранил до сих пор спокойный вид, только потому, что лишь отчасти поверил фрейлине. Вполне в духе ее госпожи были такие штучки, но чтобы Генрих так развлекался... Вероятнее, мадам Катрин назначила испытание своей новой мамзельке, с целью проверки ее способностей, а король тут совсем ни при чем. Слова о нем прозвучали от обиды этой девчонки. Она хотела ужалить побольнее. Размышляя примерно таким образом, фаворит Его королевского величества сам медленно зашагал с сторону дерева, где остались вещи. Собаки весело бегали вокруг, ибо уже давно присоединились к всадникам. Злоба Жаклин интересовала его меньше всего сейчас. Вдыхая насыщенный ароматами луга воздух, маркиз решал, стоит ли идти к королю и спрашивать, правда ли все, что наговорила тут эта дамочка, или нет смысла тревожить монарха такими пустяками. Тем более, что сам миньон был уверен – все сказанное насчет Валуа – ложь.
- Сударыня, - Людовик обернулся к девушке и устремил на нее сочувствующий взор. Он отошел недалеко и потому говорил, не повышая голоса, - я соболезную, что ваша госпожа отдает подобные приказы, но не стоит порочить имя моего короля.
Неопределенно дернув плечом под тонкой рубахой, придворный хотел было продолжить путь, но вновь остановился. - Жаклин, если вам тяжело идти по траве, можете опереться на мою руку.

Жаклин де Лонгвей


Искусный сочинитель
Жаклин с опаской следила за действиями миньона, который успел себя зарекомендовать отнюдь не галантным кавалером, что было в очередной раз подкреплено его действиями. Грубо схватив фрейлину за бедра и поставив на землю, он махнул рукой в сторону замка, словно перед ним была не благородная дама, а крестьянка, спрашивающая дорогу. От такой наглости Жаклин утратила дар речи на какое-то время. Бок, с такой силой стискиваемый маркизом совсем недавно, неприятно покалывало. Наверняка останутся какие-то следы, - мелькнула мрачная мысль.
Складывалось впечатление, что молодой человек не поверил словам, с таким старанием выкручиваемым из де Мариньи. Фрейлина принялась поправлять платье, сбившееся донельзя, пытаясь унять бешено бившееся сердце.
Закончив с нехитрым туалетом, который был возможен посреди луга, она подняла голубые глаза на маркиза де Можирона, остановившегося невдалеке.
- Порочить?, - губы фрейлины дрогнули в грустной полуулыбке,
- Что мне проку порочить короля, сударь? Будучи в шаге от копыт Вашего коня и в плену Вашей... любезности.
Прикоснувшись к волосам, придворная в ужасе поняла, что они
ужасно растрепаны. Если бы тут было зеркало, то она смогла бы сразу убедится в том, что от ее прически почти ничего не осталось, и золотистые локоны в беспорядке лежат на спине, плечах и груди. К счастью для Жаклин слезы ярости быстро высохли, не оставив и следа на ее щеках. Но злость еще не ушла из груди фрейлины, однако дополнилась чувством легкой грусти. Что-то теперь будет? Что делать? Маркиз решил вернуться в замок, ей не поверил... Приказанного она не добилась… Смешная, с туфлями в земле и соке травы, с растрепанными волосами, с глазами наверняка красными от слез, с платьем помятым донельзя вернется она в Фонтенбло… и будет опозорена перед всем двором. Теперь уже не страшно и возможной высылки или заточения в монастырь.
Однако вдруг маркиз вновь заговорил. Его предложение прозвучало, словно гром среди ясного неба. Что это? Новая злая шутка? Или до фаворита дошло, что им лучше стать союзниками, а не врагами? Жаклин стояла в совершенной растерянности, чего ей ждать?
- Да.. я… пожалуй.. Благодарю..,
- путано ответила девушка, то пряча, то вновь подымая взгляд. Аккуратно переступая маленькими ножками, она подошла к фавориту и оперлась на его руку. Одна из длинных белокурых прядей скользнула с плеча дамы, упав на руку маркиза.
- Вы думаете, я лгу.. Вот увидите. Король наверняка спросит Вас про то, как прошла наша встреча. Наверняка обмолвится. Или же спросят меня, а узнав, что Вы меня отвергли, мне дадут или еще один шанс или сразу же вышлют.
Как бы не был неприятен ей спутник, а именно от него зависело её будущее при дворе на данный момент.

маркиз де Можирон


Миньон короля
Шествуя, не спеша, под руку с фрейлиной Катрин Медичи, Луи словно и не слышал того, что та ему говорила. Он смотрел под ноги и размышлял о государе. Генрих, конечно, мог пошутить подобным образом, тем более, что накануне маркиз доставил ему немало неприятных минут и вынудил оправдываться, но потом они чудно вместе провели вечер. Да и зачем ему все это?
- Спросит ли меня король, покажет время. Причин вам верить, у меня нет, - маркиз брезгливо дернул запястьем, скидывая с него локон Мариньи. Ему была безразлична и неинтересна дальнейшая судьба графини, и ее последние слова не пробудили сочувствия в молодом человеке. – В любом случае, вас постигнет та учесть, которой вы достойны, мадемуазель. Получив задание подобного рода, вы понадеялись на свои женские чары и прелести, вместо того, чтобы прийти с честным разговором, - миньон не задумывался, насколько неприятны даме могут быть его слова. Если он и шел еще с ней, то только потому, что чувствовал некую вину за все, что позволил себе сегодня. Не сожалея о сделанном, а объективно рассматривая ее положение. – Вам известны слухи, что ходят при дворе о короле и его друзьях? – усмехнувшись, Людовик косо посмотрел на свою спутницу. - Если вы не верите им, конечно похвально, но неужели вы полагали, что сможете обольстить одного из них тем, чего и так в достатке при дворе? Если же верите, то ваше поведение вдвойне глупо. Как, впрочем, и вчерашнее. – При последних словах фаворит Его Величества коснулся свободной рукой рубахи, в месте где она скрывала повязку.
- Чего вы ждете теперь, рассказав всю «правду» от меня, сударыня?

Жаклин де Лонгвей


Искусный сочинитель
Свободной рукой Жаклин собрала волосы, падающие ей на грудь, лицо и откинула их на спину; попытка убрать локоны в импровизированный узел не дала никакого результата, настолько густы они были. Слабость в ногах напоминала о недавнем приключении и приступе ярости, а руки даже чуть дрожали еще от перевозбуждения. Отвратительное платье путалось под ногами и как ее угораздило одеть именно его?!! Да уж.. Хороша обольстительница.. Теперь вся идея с вином, бокалами и отнюдь не прогулочным зеленым платьем казалась девушке просто ужасной. Все хорошо на своем месте – бокалы и придворный наряд в замке, а тут бы подошло платье для прогулок… Если бы Жаклин не боялась вызвать на себя новый град насмешек со стороны маркиза, она бы попросила его о небольшой передышке. Как было бы хорошо прилечь на траву, в тень дерева и, закрыв глаза, полежать несколько минут в тишине, но об этом не могло быть и речи.
Тяжело дыша, стесняемая жестким корсетом и путами наряда, с растрепавшимися волосами, с порозовевшими щеками и глазами, блестящими от пережитых волнений, Жаклин шла рядом с маркизом де Можироном, опираясь на его руку.
Однако слова молодого человека заставили фрейлину замедлить шаг.
- Вы беретесь судить меня?, - девушка издала тихий смешок, встряхнув головой так, что несколько прядей вновь упали ей на лицо, - Откуда Вам знать кто, какой участи достоин? Я выполняю то, что мне говорят делать и у меня нет иного пути. Не так давно я при дворе, не так давно состою в свите ее величества королевы-матери, чтобы вносить в чужие игры свои правила. Мне дали задание, я должна его выполнить. А как я могу знать, что Вы примите меня с честным разговором? Вы наверняка прекрасно помните одно из важных правил – не верь никому.
Жаклин с горечью закусила губу, так неприятен был ей этот разговор. Приходилось озвучивать такие вещи, о которых она и думать себе не позволяла ранее, но если только так можно достучаться до этого человека, грубого в своей прямолинейности, то пусть будет так.
- Чего я жду? Сударь, что могу ждать я, после того, как Вы едва не кинули меня под копыта своего коня?, - молодая женщина прервала свою речь на минуту, чтобы посмотреть на маркиза, - Вы сказали, что сможете помочь мне, если я скажу Вам правду… Я Вам ее рассказала, мне нужно сблизится с Вами…, - Жаклин сделала многозначительную паузу, - и, наверное, предоставить доказательства того, что мне это удалось.

маркиз де Можирон


Миньон короля
- Я сказал «может и помогу», мадемуазель, - сейчас, растрепанная и нелепая, Жаклин показалась Людовику даже хорошенькой. При последних словах придворной, маркиз от души расхохотался, - Положим, это в моих силах, если исходить из сказанного вами, - Можирон развеселился, и беседа двух идущих по лугу людей приняла дружелюбную окраску, - И что вы подразумеваете под доказательствами сближения, сударыня?
Миньон поднял голову и посмотрел на безупречно чистое голубое небо. Солнце нещадно палило макушку и кожу лица. Риск получить к ране еще и удар и ожог увеличивался с каждой минутой «прогулки». До спасительной тени дерева оставалась еще половина пути. Свистом окликнув коня и собак, оставшихся позади, Луи взял Мариньи за запястье руки.
- А не пробежаться ли нам, милейшая? Или веснушки окончательно испортят ваш лик, – не будь рядом этой несчастной, фаворит Его Величества, проделал бы обратный путь на спине буланого. Но горе-обольстительница вряд ли горит желанием вновь оказаться верхом на лошади в компании своего спутника. А разговор становился занимательным – значит, бросать ее было еще рано.
Не дожидаясь ответа фрейлины Катрин Медичи, маркиз перешел с шага на бег, держа даму крепко за руку и увлекая ее за собой. Молодого человека не заботило ни то, что Жаклин напряжена, ни то, что ее грудь стягивает корсет, ни то, что сквозь тонкую подошву туфелек ощущается вся неровность земли, но бежать и тащить ее при этом, как балласт, было неудобно. Сразу же ощутив сей досадный факт, Людовик поморщился и остановился.
- Простите, мадемуазель, но вам придется ощутить еще пару неприятных моментов. Хвала Создателю, нас никто не видит, и я позволю себе еще одну непростительную дерзость. Потом поведаете мне всю степень вашего возмущения, - подкрепляя слова действиями, маркиз присел, подхватил девушку под колени и быстро встал. Таким образом, закинув госпожу де Мариньи себе на плечо, миньон обрел большую свободу для передвижения. Не теряя более времени, Можирон побежал к одиноко стоящему дереву.

Жаклин де Лонгвей


Искусный сочинитель
Жаклин начинала тяготить беседа с маркизом. Он задавал вопросы, желая узнать очевидные вещи, явно забавляясь с ней, как кошка с мышью. С досадой она отвернулась от молодого человека, вздрогнув от резкого свиста, на который к ним подбежали собаки, весело виляя хвостами. Животные откровенно радовались прогулке и теплому солнечному дню, играя на ходу с друг другом. Конь тоже приблизился на зов хозяина. Потряхивая гривой и отгоняя мух хвостом, благородное животное важно выступало рядом, изящно переступая длинными ногами.
С опаской посмотрев на собак, молодая женщина вновь повернулась к маркизу де Можирону, собираясь ответить что-то резкое и побольнее уколоть этого образчика самонадеянности, хотя душевные силы на это были уже исчерпаны, как вдруг он схватил ее за руку и побежал. Жаклин только едва успела уловить смысл его последней фразы. «Веснушки?!..», - в замешательстве пронеслось в голове, спутав те самые слова, что были готовы сорваться с губ. Едва успев подхватить подол длинного тяжелого платья, чтобы дать свободу ногам, фрейлина была вынуждена побежать за маркизом – его рука, крепко державшая за запястье молодую женщину, не оставляла выбора.
С трудом успевая перебирать ногами и, чудом не падая, де Мариньи скорее не бежала, а мешала маркизу. Сердце, казалось, вот-вот выскочит из груди, становилось невыносимо жарко и безумно хотелось пить. Как вдруг молодой человек остановился и развернулся к фрейлине. С облегчением Жаклин прикрыла глаза, стараясь отдышатся и, выпустив подол, платья, чтобы убрать сбившиеся волосы с лица рукой. Фаворит его величества Генриха III что-то начал говорить, но девушка опять не успела осмыслить его слова, как вдруг ее подхватили и, словно, куль понесли к дереву. В другой раз и в другом положении она бы, быть может, и не отказалась от такой помощи, но не так! Корсет впился в ребра и грудь железным панцирем, плечо де Можирона пребольно давило в живот, а он еще и побежал. Полная возмущения, которое вернуло крохи душевных сил, Жаклин попыталась образумить бесцеремонного, стараясь ударить его по спине. Но благодаря тому, что маркиз де Можирон бежал, ни один удар не попал в цель, да и девушка скоро поняла, что ей лучше не дергаться, дабы не упасть и не ухудшить свое и без того плачевное положение.
Приблизясь к дереву, маркиз опустил свою ношу на траву. В совершенном гневе, Жаклин вскинула на него голубые глаза, которые, если бы могли, метали сейчас смертоносные искры.
- Да как Вы посмели?! Зачем.., - даже не представляя насколько она сейчас смешна, розовая от возмущения, с растрепанными волосами, графиня в исступлении гневно стукнула ножкой о землю, делая шаг навстречу маркизу и тут же поняла в ужасе, что корсаж ее платья совершенно сбился. Резко вскинув руки, девушка поправила, насколько это было возможно, злосчастный наряд, и вновь посмотрела на маркиза, тяжело дыша.
- Хватаете, так, словно я туша оленя, которого добыли на охоте!

маркиз де Можирон


Миньон короля
Едва туфельки Жаклин коснулись травы, Луи отпустил ее и живо представил выражение лица Мирона, когда тот увидит, во что за утро раненый превратил его искусную работу. Миньон пару раз глубоко вдохнул воздух и выдохнул, переводя дух. Все же он вел себя весьма опрометчиво, но лучше потерпеть неудобства, причиняемые раной, чем услышать «господитыбожемой», с присущими только Ногарэ интонациями и увидеть насмешливую мину Келюса, созерцающего загар, навевающий мысли о Беарнце.
- Смею, сударыня, смею, - фаворит заглянул в ворот своей рубашки, проверяя, не проступила ли кровь сквозь повязку. Худшие ожидания оправдались – бордовые пятна появились на материи и медленно расширялись, угрожая испачкать рубаху.
- Рыдайте все черти в преисподней! Чем чаще я с вами встречаюсь, тем стремительнее снашивается мой гардероб!
Можирон гневно взглянул на графиню, но удержался от очередной колкости, лишь устало заметив:
- Мадемуазель, до оленя вам еще расти и расти. Сейчас вы больше напоминаете зайца, попавшего в волчье логово. Давайте сюда ваше вино, а я пока подумаю, что с вами делать.
Присев у дерева, откинувшись на его ствол, Людовик прикрыл глаза. Могло показаться, что молодой человек уснул. О чем были мысли маркиза, станет известно чуть позже, но даже когда он заговорил, веки оставались плотно сомкнуты.
- А теперь слушайте внимательно, ибо глухим дважды мессу не служат. Итак, мы возвращаемся вместе во дворец, сначала вы пойдете к себе, приведете себя в порядок и сделаете еще кое что, но об этом позже. Далее, как только мадам Катрин потребует у вас отчета, вы скажете ей правду, то есть, что соблазнение не состоялось – врать флорентийке - дело бессмысленное и опасное для здоровья. Но…- Луи сделал паузу, и, дабы смысл сказанного далее дошел до адресата, и чтобы облизнуть пересохшие на жаре губы, - Но к тому вы добавите, что, зато, сумели договориться с маркизом о поддержке и он согласен подыграть вам. Королева-мать – мудрая женщина, она оценит вашу честность и ваше умение находить подход к мужчинам. А девиц, которые могут ублажить взоры и тела придворных, у нее и так хватает. И я подтвержу ваши слова, но, само собой, на определенных условиях.
Устраиваясь удобнее, друг короля вытянул ноги по земле ,переплел руки на груди и, наконец, взглянул на даму снизу вверх.
- А теперь то, что интересует меня: во дворце вы напишите мне записку, содержащую следующее: «Я, графиня де Мариньи, сей записью подтверждаю, что никогда не находилась в интимной близости с маркизом де Можироном. Подпись.» Ведь вас не испугает запечатлеть на бумаге правду? Как только вы узнаете, что эта бумага попала в мои руки, можете смело идти к своей госпоже.
Миньон хотел было откинуться обратно и подождать ответа Жаклин, но решил добавить:
- И второе – коли от моего поступка сейчас будет зависеть ваша судьба, то я надеюсь, когда-нибудь, вы окажете и мне некую услугу.
Закончив свой «душеспасительный» монолог, Луи дал несколько мгновений женщине на размышления.

Жаклин де Лонгвей


Искусный сочинитель
Если бы маркиз де Можирон прочитал свою длинную тираду там, под солнечными лучами, быть может, смысл ее и содержание еще долетели до Жаклин, которая на тот момент была еще способна слушать, но не сейчас. Грубая выходка фаворита его величества пробудила гнев с новой силой, а гнев, как известно, плохой советчик. Сжав руки в кулаки и гордо задрав голову, графиня слушала молодого человека с плохо скрытым презрением. Он продолжал дерзить ей, небрежно беседуя, и тем же временем занимаясь своей драгоценной особой, которую явно весьма холил и лелеял. Состояние раны Людовика – последнее, что сейчас могло зацепить молодую женщину, взбешенную до крайности.
- Вино?!, - воскликнула блондинка, криво улыбнувшись. Кем он себя вообразил, что отдает такие приказы?! Уж не господином ли?!
Усталость от ситуации давно уже завладела существом Жаклин. Задание ей не выполнить. Хотя, впрочем… Ее величество королева-мать отдала ей приказ сблизится с маркизом де Можироном. Она это сделала? Сделала. Он предлагает ей союз, пусть на весьма сомнительных условиях, полностью направленных на его тайные замыслы, но предлагает! Не ее забота помогать этому надменному красавчику в его делах и шуточках. В любом случае быть ей игрушкой, так лучше быть игрушкой королей, чем маркизов!
Глухим дважды мессу не служат… Наглец!
Поправив еще раз несчастное платье, которому досталось за последние полчаса немало, Жаклин руками подобрала волосы. Несколько шпилек все еще осталось в ее кудрях. Найдя их, молодая женщина соорудила некое подобие прически, которая если не была шедевром парикмахерского искусства, зато убрала надоевшие локоны с лица, розового от эмоций, наполнявших их хозяйку, и летней жары. Несколько веточек, застрявших между прядями, Жаклин выбросила с отвращением. Приводя себя в порядок и успокаивая истеричное состояние, накатившее было волной, графиня зло поглядывала на маркиза де Можирона, очевидно вообразившего себя хозяином ситуации и не понимающим, что своим предложением он развязывает руки жертве, упавшей ему на голову так нежданно.
- И чем же, скажите на милость, мне выгодно Ваше предложение?, - с издевкой в голосе спросила Жаклин, расправляя складки юбки, - За то, что я раскрыла затею их величеств, мне устроят трепку, а Вы еще требуете от меня записку столь унизительного и странного содержания!
Смело встретив взгляд маркиза, дама надменно прищурилась, продолжив:
- И Вы, поиздевавшись надо мной тут все это время, еще и смеете просить про ответные услуги. За что, позвольте узнать?!
Фрейлина была вне себя от ярости, накатившей на нее вновь. Большая часть сказанного молодым человеком не была осознана ею до конца в силу тех эмоций, что захлестнули ее всю от тона и вида маркиза. Если бы не этикет и нормы приличия, Жаклин бы с удовольствием исхлестала лицо наглеца или накинулась на него с кулаками, но хорошие манеры и боязнь прослыть крестьянкой все еще держали ее в узде, как бы не чесались руки.

маркиз де Можирон


Миньон короля
- Я бы не отказался узнать, за что вас держит при себе королева-мать. С такой недальновидностью вы испортите всю репутацию «эскадрона», - Луи почувствовал, что беседа с этой женщиной, да и вся прогулка в целом, его изрядно утомили. Он поднялся на ноги, потянулся и подошел к своей поклаже. Сегодня фаворит короля Генриха III насмотрелся до дурноты на подставляемые под его взор прелести Жаклин, а наслушался ее глупостей еще больше. – Нет, мадемуазель, поиздевались здесь надо мной вы. Вы нарушили мое уединение, вы взяли на себя смелость полагать, что справитесь с поручением мадам Катрин, вы были даже не в состоянии оценить то любезное предложение, что я вам сделал. – Затягивая узел, подобранный с травы, маркиз заметил пару кусков сахара, выпавших из него. Он подобрал лакомство и подошел к своему коню. – Трепку, говорите? Это не моя забота, сударыня. Счастливо оставаться, - миньон довольно улыбался, скармливая сладость буланому и ласково поглаживая его по шее, - едем отсюда, дружище.
Еще пара мгновений и графиня де Мариньи могла лицезреть стремительно удаляющуюся компанию из человека, лошади и трех собак. Слуху же ее достались мягкий топот копыт по земле и веселый посвист Людовика де Можирона/

Жаклин де Лонгвей


Искусный сочинитель
Если бы Жаклин де Мариньи было свойственно более гибкое чувство юмора, она бы наверняка попрощалась с маркизом реверансом приправленным значительной долей издевки. Напыщенный дурак! Королевская ливретка! Надушенный идиот!, - гнев, обида, ненависть так и кипели в груди молодой женщины. Она ни словом не ответила на последнии реплики маркиза, который явно пытался ее поддеть напоследок. Да только чем уже? Только смех фрейлины зазвучал в спину фавориту, покидающему поляну. Жаклин только мысленно пожелала ему упасть с коня и сломать себе шею, а лучше еще что так, чтобы помучаться дольше.
Вздохнув пару раз, дабы успокоится окончательно, девушка двинулась к замку. Благо идти было недалеко, но вот взгляды прогуливающихся во дворе у оранжерей придворных и слуг были отнюдь не приветствующими. Сразу вокруг пошла волна шопота и сдавленных смешков. Едва подавляя растущее бешенство, Жаклин высоко вздернула подбородок и, как ни в чем не бывало, двинулась к своим покоям, не подозревая, что ее величеству королеве матери уже донесли о возвращении с луга, а также о плачевном внешнем виде фрейлины...

Квест окончен.
sps

Спонсируемый контент


Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу  Сообщение [Страница 2 из 2]

На страницу : Предыдущий  1, 2

Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения

 
  •  

Создать форум | © PunBB | Бесплатный форум поддержки | Контакты | Сообщить о нарушении | Создать бесплатный блог