Ролевая игра Графиня де Монсоро
Добро пожаловать в ролевую игру Графиня де Монсоро! Мы рады приветствовать Вас во Франции эпохи Возрождения. Здесь каждый может прикоснуться к безвозвратно ушедшей от нас эпохе: интриги, приключения, настоящая отвага и, конечно, любовь... Попробуйте себя в качестве уже полюбившихся персонажей или найдите свой собственный образ. Если Вы в первый раз на нашем форуме - пожалуйста, пройдите регистрацию.

Вы не подключены. Войдите или зарегистрируйтесь

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз  Сообщение [Страница 1 из 1]

Диана де Монсоро

Диана де Монсоро
Очарована, околдована
Очарована, околдована
1) Неприметный домишко Генриха Наваррского
2) 30 апреля (утро)
3) Генрих Наваррский и Агриппа д'Обинье
4) Король Наваррский возвращается домой после ночи, проведенной в обществе прелестной Габриэль. Д'Обинье же, в свою очередь, всю ночь следил за особняком герцогини Неверской


On croit que rien
n'est jamais plus fort que l'amour
Que c'est un don
que le ciel nous a fait un jour
Un bien plus grand
que tous les tresors de la terre
On croit qu'on peut
le garder rien que pour soi
http://www.monsoreau.com

Агриппа д'Обинье

Агриппа д'Обинье
Guerrier, philosophe, poète
30 апреля, 6:30
Агриппа вернулся в домик на улице Жюи через пару часов после рассвета. Всю ночь он терпеливо и с достойной восхищения выдержкой следил за особняком на Королевской площади, где, как выяснилось, обитала сейчас Ее светлость. Но примерно через полчаса после того, как герцогиня вернулась к себе, окна дома одно за другим потухли, словно умирающие светляки, и до самого утра уже никто не выходил из дверей - обитатели особняка мирно спали. Так и не выяснив ничего интересного и особо важного, кроме места жительства герцогини, д`Обинье шел домой по еще полупустым улицам просыпавшегося Парижа. В этот час на улицах можно было встретить в основном простой люд: знать еще крепко спала, нежась в теплых постелях на шелковых простынях под роскошными балдахинами. Кто-то видел сны о политике, кто-то о любви... А для буржуа начинался обычный будний день. Кумушки с еще сонными лицами, с небрежно надетыми чуть съехавшими на бок чепчиками, вяло перекрикивались через улицу, решая самые насущные проблемы - где бы подешевле купить овощей - и делясь самыми свежими новостями. а точнее сказать сплетнями.
Агриппа усмехнулся. И все-таки, что ни говори, а Нерак для него навсегда останется любимым городом, единственным и непревзойденным. При воспоминании о родине молодой человек нахмурился и прикусил губу. Логический ряд тут же привел его к мыслям о властителе его края.
Наверняка у Генриха всю ночь горели уши, ибо признаться, на его долю перепало за эти часы немалое количество крепких словечек, из тех, какими пользуются пылкие жители Беарна, когда сильно раздражены. А Агриппа был очень, ну просто ужасно зол на своего короля. Он знать не знал, как и где его государь провел эту ночь, но мог бы поклясться головой, что не в гостинице. Слишком хорошо он знал характер Генриха.
- Так бездарно рисковать жизнью, когда тебе пророчат такое будущее! Святая Пятница!!! Да любому ангелу-хранителю надоест стоять за твоим плечом, если каждый миг так упорно пытаешься найти неприятности на свою непутевую голову! Любой меч притупится и любые глаза устанут высматривать волчьи ямы, чтобы помогать тебе ловко лавировать между ними! Безрассудный, легкомысленный авантюрист!!!
Новая волна гнева захлестнула молодого человека, его глаза сверкнули, щеки вспыхнули. Выругавшись сквозь зубы, Агриппа изо всех сил пнул носком сапога попавшийся под ногу камешек, да так, что тот, отскочив на порядочное расстояние, ударился о колесо возка, на котором какой-то почтенный торговец привез свой товар на продажу. Рикошетом отскочив от колеса, камешек подпрыгнул и стукнулся о голень почтенного хозяина возка. Тот, очевидно подумав, что началась война и это был выстрел из аркебузы, - из предупредительных, по ногам - подпрыгнул и начал испуганно озираться по сторонам. Но убедившись, что все в порядке, он со вздохом облегчения вновь принялся за свою работу.
Наконец добравшись до дома, д`Обинье отворил дверь, поднялся в их скромную гостиную и в изнеможении рухнул в кресло. Он решил не ложиться в постель, пока не дождется Генриха. Сладко зевнув, молодой человек устроился поудобнее и решил было занять себя чтением, но усталость взяла свое и Агриппу сморил сон.


Меня учили горы и леса;
С ветвей свисая, мох вплетался в строки.
Моих стихов набрасывала крохи
Гасконских утр прозрачная краса.

Меня учил... Но суть совсем не в этом:
Как может быть гасконец не поэтом?!

Анрио Наваррский

Анрио Наваррский
Бесстрастный летописец
Генрих возвращался домой по утренним улицам Парижа, вдыхая пропитанный пылью воздух, щурясь на солнце, словно кот, и тихо мурлыча себе под нос какую-то легкомысленную песенку. С одной стороны, он чувствовал себя бесконечно виноватым, будто нашкодивший мальчишка, который вот-вот будет пойман на горячем; но, с другой стороны, ничто в это утро не могло испортить его радужного настроения. Ещё никогда юный беарнец не чувствовал себя таким счастливым и полным сил. Да, несомненно, дома непокорного короля ждут несколько неприятных минут объяснений с верным Агриппой... Однако это процедура привычная, и у Анрио есть свои методы убеждения чрезмерно ретивых порывов преданного друга, опекающего молодого человека, подобно наседке. В целом, Наваррский лучился самодовольством и фонтанировал энергией. Бурная радость, желание жить, дышать полной грудью, наслаждаться всеми благами этого прекрасного мира в полной мере находили отражение на его выразительном лице. Попадавшиеся навстречу герою-любовнику молоденькие служаночки кокетливо улыбались в ответ и бросали заинтересованные взгляды вслед ладному кавалеру явно дворянского происхождения, проходившему мимо них с игриво-горделивым видом победителя и везунчика. Дородные матроны с корзинами, полными зелени, фруктов и овощей, идущие на рынок или оттуда возвращающиеся, провожали Генриха томными вздохами, мощно колыхавшими их пышные формы. А властитель маленького южного королевства шёл сквозь толпу, как нож сквозь масло, замечая всё и вместе с тем ничего не видя.

Очнулся наваррец только у дверей неприметного домишки на улице Жуи. Глубоко вздохнув, будто приготовившись нырнуть в холодную воду, он тихонечко отпер дверь и на цыпочках стал прокрадываться по ступенькам на второй этаж. Дойдя до середины лестницы, Анрио внезапно остановился и зажал рот руками. Ему сделалось невыносимо смешно. Вся эта пантомима очень походила на возвращение непутёвого сынишки из ночного загула. А его страх перед встречей с рассерженным Д'Обинье - на страх малолетнего проказника перед грозной мамашей. Богатое воображение беарнца моментально нарисовало перед его мысленным взором уморительную картину. Агриппа в кружевном чепце и переднике стоит в дверях их крошечной гостиной, держа в одной руке кочергу, а вторую угрожающе уперев в крутое бедро. Король прыснул в кулак. А потом, собрав всю присущую ему от рождения силу воли, величественно расправил плечи и высоко поднял голову, чтобы сразу, как говорится с порога, показать, кто в доме хозяин.

Но Фортуна сегодня явно решила над ним поиздеваться. Едва молодой человек сделал несколько уверенных шагов, не прячась и не скрываясь, словно воришка, как ему под ноги подвернулось пустое ведро. Откуда оно взялось на лестнице этого злополучного домика - впоследствии так и осталось тайной. Возможно, нанятая служанка, которая приходила раз в неделю и которой вменялось в обязанности поддерживать чистоту и порядок, по невнимательности забыла его отнести в кладовку; может быть, самой судьбе было угодно наказать любителя авантюрных приключений... Это уже не столь важно. Важно то, что Генрих, задравший нос под самый потолок, не заметил этого вредного бытового препятствия и споткнулся. Ведро загрохотало вниз по ступенькам, дребезжа и ехидно подскакивая. А сам наваррский от неожиданности сделал головокружительный кульбит и только чудом приземлился на четвереньки.
- Проклятье!!! Тысяча чертей!!! - яростно воскликнул Анрио, выворачивая голову, чтобы проводить проклятое ведро ничего хорошего не предвещающим взглядом.
http://villa-13.mostinfo.ru

Агриппа д'Обинье

Агриппа д'Обинье
Guerrier, philosophe, poète
Агриппе снился Беарн. Пятнадцатилетним мальчишкой с непослушными смолянисто-черными кудрями, всегда вьющимися так, как им нравится и красноречиво говорящими об упрямом характере их обладателя, он идет по лесной дороге, и пыль мягкими серовато-бурыми облачками вздымается под его ногами, окрашивая мыски сапог. Но он не обращает на это никакого внимания. Даже во сне он ощущает себя абсолютно, беспредельно свободным и чувствует, как лицо обдувает свежий ветер с гор, вершины которых всегда заснежены. Нигде больше нет такого ветра. Он впитывает его всей кожей, ловит губами и не может надышаться. Ворот его рубахи распахнут, колет закинут за спину – так жарко, что даже птицы ленятся петь. Слышно лишь тихое журчание – где-то невдалеке протекает ручей. Идя на звук, он наконец видит эту прозрачную ленту, проистекающую из скромно спрятавшегося под землей родника, где-то пробившего себе тугой струей путь к солнцу. Опустившись на колени, юноша жадно припадает губами к набранной в ладони воде, такой студеной, что сводит зубы, и вместе с тем невыразимо сладкой. Ничто так не утоляет жажду.
Внезапно ужасающий грохот отрывает его от сосредоточенного созерцания ручья, навеваемые которым размышления так и просятся под перо, чтобы вылиться во что-то умиротворенно-восхищенное. Он поднимает голову и начинает озираться по сторонам, отчаянно пытаясь понять причину такого шума – вековое дерево рухнуло?! Или это эхо от неслыханного доселе камнепада?! Но горы так далеко – не дойти… Каким образом тогда может быть так отчетливо слышен грохот? Да что же это?
Здесь сон прервался и Агриппа как ужаленный подскочил в кресле, начиная понимать, что этот звук раздавался наяву, и он-то и разбудил его. В комнате было пусто, и молодой человек направился к лестнице. Рука его потянулась к рукояти кинжала, который он так и не успел вытащить из-за пояса, прежде чем рухнуть в изнеможении в кресло после бессонной ночи.
Итак, Обинье осторожно открыл дверь крохотной гостиной и вышел на лестницу. Открывшаяся его взору картина была столь необычна и восхитительна, что поистине достойна того, чтобы ее описать. Правитель благословенной Наварры собственной персоной, он же ночной гуляка и легкомысленный безрассудный авантюрист, как именовал его еще час назад Агриппа, распластался на лестнице в нелепой позе, на четвереньках, раздраженно уставившись куда-то вниз. Проследив направление его взгляда, молодой человек сразу же понял, что именно послужило причиной такого потрясающего зрелища и не менее потрясающего грохота. Всего лишь ведро, которое теперь сиротливо лежало в начале лестницы. Жестяное ведро, о которое Генрих споткнулся, пытаясь взобраться на их Олимп, достойный того, чтобы там жили боги. Тут Обинье не выдержал. Глядя на своего короля, которого он еще так недавно готов был разорвать на кусочки, он расхохотался. Расхохотался так весело и заразительно, расхохотался так громко и безудержно, как не смеялся давно.
- Дьявольщина! Что за картина!!!
Спустившись на несколько ступенек, молодой человек протянул руку своему государю и лучшему другу.
- Живы, сир? – плечи Агриппы все еще вздрагивали от смеха.
Он собирался было устроить королю хорошую взбучку. Но разве возможно выговаривать что-то после подобного? Все раздражение улетучилось словно мыльный пузырь, и Анрио должен был благодарить свою Фортуну, так удачно подсунувшую ему под ноги это злосчастное ведро.


Меня учили горы и леса;
С ветвей свисая, мох вплетался в строки.
Моих стихов набрасывала крохи
Гасконских утр прозрачная краса.

Меня учил... Но суть совсем не в этом:
Как может быть гасконец не поэтом?!

Анрио Наваррский

Анрио Наваррский
Бесстрастный летописец
Агриппа, конечно же, появился очень своевременно и застал самую кульминацию. Генрих был в ярости от постигшего его величество конфуза. Но смех Д'Обинье оказался настолько искренним и заразительным, что молодой человек не смог удержаться и улыбнулся в ответ. Морщась и охая, он принял протянутую ему руку помощи. А заметив, что на лице приятеля застыло весёлое и вцелом умиротворённое выражение, даже тихонечко хихикнул.

- Итак, взбучка отменяется, мой милый ворчун? - проницательно усмехнулся Анрио, проковыляв, нарочито прихрамывая, остаток лестницы и устраиваясь в гостиной. - По-моему, зрелище, которого ты удостоился нынешним утром, способно заменить не только дружеский выговор, который ты, несомненно, собирался мне учинить, но целый семейный скандал с размахиванием сковородкой и битьём посуды. Что же, полагаю, мы будем считать, что инцидент исчерпан, и ты на меня больше не сердишься. Правда?

Тут Наваррский хитро подмигнул и улыбнулся так задорно и по-мальчишески безмятежно, что даже у каменного истукана сердце смягчилось бы. Длинная тёмная прядь волос упала в эту минуту ему на лицо, и глаза молодого человека сияли сквозь эту колышущуюся завесу особенно остро и горячо. В них отражалась недюжинная воля к жизни и ещё - неутолённое любопытство. И если первое являлось, собственно, величиной постоянной, то второе нуждалось в немедленном удовлетворении, чтобы король маленькой, но гордой страны смог почувствовать себя не только счастливым любовником, а и счастливым правителем.

- Разумеется, я прекрасно понимаю, Д'Обинье, что ты всё ещё сердишься - и, между прочим, небезосновательно - на меня за эту дурашливую ночную выходку, которая стоила тебе бессонницы... - начал беарнец, глядя на верного друга долгим жалобным взглядом, в котором было много любви и мало раскаяния. - Однако всё же... В интересах нашего общего дела... - здесь наваррец запнулся, буквально всей кожей ощутив, что в его тоне как-то уж слишком заискивающих и просительных ноток, которым отнюдь не место в королевской речи, когда государь обращается к одному из своих подданных, пусть даже этот подданный - его лучший товарищ и самый преданный слуга. - Словом, я жду отчёт о выполнении своего поручения, - совсем неизящно закончил Анрио и выжидательно уставился на Агриппу.

Выглядел он при этом весьма забавно: сосредоточенно сведённые к переносице брови, глубокомысленный и задумчивый взор, слегка побледневшие щёки и большой палец левой руки, надёжно засунутый в рот. Генрих, верный давней вредной привычке, в минуты задумчивости, как и прежде, принимался методично обкусывать ногти. Ничто и никто, даже красавица Марго, имевшая в своё время на него большое влияние, не смогли отучить беарнца от этого неподобающего особам королевской крови нелепого жеста.
http://villa-13.mostinfo.ru

Агриппа д'Обинье

Агриппа д'Обинье
Guerrier, philosophe, poète
Агриппа уютно устроился в кресле напротив своего господина, том самом, которое так внезапно вытолкнуло его из своих объятий несколько минут назад. Генрих явно был в страшном нетерпении, оно светилось, нет, горело в темно-карих глазах беарнца, а потому молодой человек решил его не мучить и немедленно отчитаться, поделившись с государем результатами своих праведных ночных трудов.
- Ее Светлость живет в особняке на Гревской площади. Узнать его очень легко, по превосходным резным балкончикам. Только рассматривание узоров на них и помогло мне не умереть со скуки. Превосходная работа, просто превосходная, - заметил Агриппа, всегда и всюду обстоятельный и успевающий заметить каждую мелочь, - Но мне так и не удалось выяснить ничего любопытного, вернувшись в особняк герцогиня, как и все здравомыслящие люди, - здесь последовал долгий взгляд, полный укора, - улеглась спать, - Обинье слегка развел руками, подводя итог своему столь краткому отчету.
- А что касается взбучки... Вы, сир, сейчас должны бы благодарить небеса за свою невнимательность и этот несчастный кусок жести! Признаться, я был полон решимости заметить, что с Вашей стороны жутко эгоистично и просто непорядочно лишать пропитания несчастных астрологов.
Молодой человек с независимым видом закинул ногу за ногу и убрал за ухо особенно непослушный завиток волос.


Меня учили горы и леса;
С ветвей свисая, мох вплетался в строки.
Моих стихов набрасывала крохи
Гасконских утр прозрачная краса.

Меня учил... Но суть совсем не в этом:
Как может быть гасконец не поэтом?!

Анрио Наваррский

Анрио Наваррский
Бесстрастный летописец
Король Наваррский выслушал краткий доклад Д'Обинье с непроницаемым видом. Ни один мускул не дрогнул на его лице, ни одна тень не проскользнула в тёмных, как озёра, спокойных глазах. На самом же деле молодой человек слегка терзался муками нечистой совести. Он заранее знал, что ночное предприятие Агриппы никак не могло увенчаться успехом. А обнаружить место жительства её светлости, по большому счёту, можно было и в более комфортное время суток.

- Стало быть, Гревская площадь... А у нашей герцогини, как и прежде, неплохой вкус. Не находишь? - усмехнулся Генрих. - Действительно, ожидать, что этой ночью произойдут какие-нибудь значимые события, было по меньшей мере самонадеянно с моей стороны. Но вот нынче, полагаю, имеет смысл навестить госпожу де Невер. Правда, тайно от самой хозяйки, - беарнец задумчиво постучал носком сапога об пол. - Зная характер этой ветреной и отнюдь неглупой особы, у меня есть все основания предполагать, что она должна нанести в ближайшие дни один весьма любопытный визит... - сделав это глубокомысленное замечание, Анрио сладко потянулся. - Ну, а чем мы займёмся пока? Кстати, когда я возвращался, город был похож на взбудораженный улей. Что происходит, как по-твоему? И ещё... - здесь наваррец сделал многозначительную паузу и назидательно поднял к носу указательный палец, - Отучайся от вредной привычки делать замечания своему сюзерену! Иначе у меня навсегда укрепится в уме недавно придуманный для тебя образ. Смею заметить, отнюдь неподобающий славному беарнскому дворянину!
http://villa-13.mostinfo.ru

Агриппа д'Обинье

Агриппа д'Обинье
Guerrier, philosophe, poète
Это было уже слишком. Глядя на безмятежное выражение лица своего короля, в глазах которого, как всегда, не было ни малейшего намека на раскаяние за безрассудное поведение, лучший друг и самый почтительный из верноподданных возмущенно фыркнул и скрестил на груди руки:
- У Вас еще на буйное воображение сил хватает! Начнем с того, что не знаю как Вы, государь, а я намерен хорошенько вздремнуть, прежде чем снова буду в строю. А уж потом снова буду в Вашем распоряжении и поглядим, что делать дальше, - демонстративно зевнув, Обинье в свою очередь также потянулся.
- Насчет обстановки в городе… - молодой человек кивнул, - чума меня побери, ежели это не доказывает справедливость наших давешних предположений. Знать бы еще самые свежие новости по этому поводу… Не разрозненные слухи, а что-то более осязаемое и достоверное. Это необходимо, черт возьми!


Меня учили горы и леса;
С ветвей свисая, мох вплетался в строки.
Моих стихов набрасывала крохи
Гасконских утр прозрачная краса.

Меня учил... Но суть совсем не в этом:
Как может быть гасконец не поэтом?!

Анрио Наваррский

Анрио Наваррский
Бесстрастный летописец
- Святая пятница! Ты чертовски прав, Агриппа. - взволнованно сказал Генрих, поднимаясь из кресла и начиная нервно расхаживать из угла в угол. - Не зная достоверно, что происходит, мы очень рискуем. Так дальше продолжаться не может. Это подполье меня угнетает, слышишь Д'Обинье! - беарнец яростно сверкнул глазами и хищно оскалился. - Дьявольщина! Проклятье! Что же делать? Сам я отправиться в город не могу - это слишком опасно. Друзей у нас здесь нет. Доверять мы никому не можем. Кровь Христова! Это замкнутый круг.

Остановившись посреди комнаты, король Наваррский погрузился в глубокую задумчивость. Он стоял в напряжённой позе, уставившись в потолок и от усердия шевеля губами, словно бы обращаясь за советом к всевышнему .
http://villa-13.mostinfo.ru

Агриппа д'Обинье

Агриппа д'Обинье
Guerrier, philosophe, poète
- Однозначно могу сказать одно, сир: нужно успокоиться и с холодной головой перебрать все имеющиеся у нас варианты.
Молодой человек с сосредоточенным видом запустил пальцы в свою густую шевелюру, что у него было видимым знаком усиленной работы ума.
- Нам необходимо сейчас узнать луврские новости. Для этого нужен человек, вхожий в Лувр. Связываться с первым встречным мы не можем, если не хотим все погубить... - принялся рассуждать Обинье, - Выходит, что единственный источник информации для нас это госпожа Габриэль, хотя я и придерживаюсь того мнения, что доверять можно лишь самому себе. Ни одного шага для нас без риска быть сейчас не может, приходится выбирать пути, которые наименее опасны. Анжуйский ведет двойную игру - мы тоже не лыком шиты. Так что не все так плохо, - подытожил Агриппа, протягивая руку за одним из лежавших на столешнице яблок, дразнящих взор своими соблазнительно-красными глянцевитыми боками.


Меня учили горы и леса;
С ветвей свисая, мох вплетался в строки.
Моих стихов набрасывала крохи
Гасконских утр прозрачная краса.

Меня учил... Но суть совсем не в этом:
Как может быть гасконец не поэтом?!

Анрио Наваррский

Анрио Наваррский
Бесстрастный летописец
- Выходит, что нам необходимо связаться с мадмуазель де Тариньи? - проговорил Анрио несколько растеряно. Он наморщил лоб и прикусил нижнюю губу. На его лице отразилась усиленная работа мысли. - Но... Но ведь мы расстались только нынче утром! Ах, если бы знать тогда... - тут Наваррский спохватился и резко замолчал, поняв, что сболтнул лишнего и уж теперь-то скандал неминуем. - То есть... Я хотел сказать, что надо срочно кого-нибудь к ней послать. Кого-нибудь доверенного... - забормотал молодой человек, торопливо отступая в дальний угол комнаты.
http://villa-13.mostinfo.ru

Агриппа д'Обинье

Агриппа д'Обинье
Guerrier, philosophe, poète
Обинье было хрустнул яблоком, но слова короля заставили его поперхнуться, да так, что он чуть не закашлялся.
Что?! Расстались нынче утром? Так вот как... Генрих просто-напросто сплавил его с этим дурацким поручением на ночь, чтобы иметь возможность отправиться на любовное свидание? Отделался, как от ненужной вещи. Превосходно. Просто великолепно.
Агриппа слегка побледнел от гнева, рука с яблоком опустилась.
Сказать, что молодой человек был обижен, значит ничего не сказать. Он был оскорблен, оскорблен до глубины души.
Он не обратил бы на это происшествие ни малейшего внимания, если бы не был искренне привязан к своему государю и другу. Он не мыслил жизни без службы ему.
И платить подобным отношением?! Черт бы с ней, с бессонной ночью. Его оскорбило то, что в нем видят препятствие, в то время как он, забыв себя, словно проклятый, следит за безопасностью и благополучием этого неблагодарнейшего из монархов.
Да гори оно все синим пламенем.
Резко поднявшись с кресла, Агриппа молча развернулся к Генриху спиной, даже не взглянув на него, и вышел из гостиной. Хлопнув дверью, он направился в свою маленькую комнатку.


Меня учили горы и леса;
С ветвей свисая, мох вплетался в строки.
Моих стихов набрасывала крохи
Гасконских утр прозрачная краса.

Меня учил... Но суть совсем не в этом:
Как может быть гасконец не поэтом?!

Анрио Наваррский

Анрио Наваррский
Бесстрастный летописец
Генрих ожидал какой угодно реакции: гнева, ярости, скандала. Предполагал, что Агриппа взорвётся, словно выкипевший чайник, забытый над очагом. Наорёт на него, как бывало не раз. Бросится огрызком от яблока - даже такого развития событий не исключал провинившийся перед своим другом король. Но последовавшая вслед за этим сцена поразила его. Д'Обинье молча развернулся к нему спиной и, хлопнув дверью, вышел. Наваррский испуганно проводил ссутуленную спину приятеля растерянным взглядом. Грохот захлопнувшейся двери давно затих, в комнате повисла мёртвая тишина, а молодой человек по-прежнему стоял в дальнем углу и хлопал по-женски длинными ресницами, не в силах осознать масштаба произошедшей катастрофы. Наконец, Анрио осторожно пошевелился. Ему вдруг показалось, что он сделан из очень тонкого венецианского стекла. И, если совершить хоть одно неверное движение, тело его рассыплется на крошечные осколки, которые с прозрачным звоном прольются на пол.

- Черти полосатые! - ошарашено воскликнул беарнец. Доковыляв до кресла, он упал в его мягкие объятия и придался мрачным раздумьям. Это отняло у него немного времени. Наваррец не умел долго унывать и не собирался мириться с обидами бедного Агриппы, пострадавшего по вине легкомысленного сюзерена. Шуточки временно отменялись. Быстро собравшись, молодой король сбежал вниз по лестнице.

Идя по направлению к кабачку, в котором они обычно заказывали завтраки, обеды и ужины, Генрих думал: "Надо дать ему отдохнуть. Пусть выспится. Заодно и отойдёт немного от нанесённого оскорбления. Действительно ли оскорбления? Наверное, всё же да. Я был не прав. И готов это признать. Но... Д'Обинье же известна и моя любовь, и моя привязанность, и моё уважение, которые я к нему питаю! Неужели тот факт, что я был в тепле и уюте в приятном обществе, тогда как он был вынужден прозябать под окнами безвестного особняка на Королевской площади, так задело его? Нет, тут что-то другое. Понять бы что именно?"

Дойдя до кабачка и сделав основательный заказ к обеду, который велел доставить в их небольшой домик на улице Жуи к трём часам по полудни, Наваррский вышел на крыльцо и бросил быстрый взгляд по сторонам. В городе кипела обычная жизнь. Сновали туда-сюда служанки в неброских платьицах и белых передничках, носились торговцы с лотками, проезжали мимо экипажи: пустые и с пассажирами, надёжно укрытыми за плотно задёрнутыми оконными шторками. Только чувствовалось в воздухе какое-то напряжение. Нет-нет, а раздавалось где-то в далеке задиристое "Да здравствует Лига!" или "Да здравствует Гиз!" Заметив сноровисто двигающегося в толпе мальчишку, направляющегося явно к кабачку, из которого Анрио недавно вышел, любитель авантюрных приключений сделал несколько шагов навстречу и схватил сорванца за рукав.

- Фрике! - обрадовался беарнец.

- Сударь!!! Как Вы меня напугали. - притворно испугался мальчишка.

- Ты-то мне и нужен. - плотоядно ухмыльнулся молодой человек. - Выполнишь моё поручение, получишь серебрянную монетку. Не выполнишь - уши надеру. Выбирай! - с весёлой злостью, прорезавшейся в нём после ссоры с Агриппой, сказал Анрио.

- Сударь! Сударь! Как можно? Выполню, конечно. - запетушился было юный помощник трактирщика, но быстро сообразил, какая ему может быть от этого выгода, и покладисто принял означенные условия.

Коротко обрисовав дом, в котором жила Габриель, Наваррский отправил туда Фрике, чтобы тот передал срочное пожелание от известного хозяевам дома лица (если что, следовало сказать, что это лицо покинуло дом в Сент-Антуанском предместье нынешним утром) видеть госпожу. Имён из предосторожности он не называл. Когда мальчишка бодрой рысцой скрылся за поворотом, его величество король Наварры, очень довольный собой, вернулся в домик на улице Жуи и принялся ждать.
http://villa-13.mostinfo.ru

Агриппа д'Обинье

Агриппа д'Обинье
Guerrier, philosophe, poète
Войдя в комнату, Агриппа, не раздеваясь, улегся на кровать. Если бы у него сейчас, в данную минуту спросили - если ли у него заветное желание, он бы ответил - "Да, разучиться думать". Ему жутко хотелось, чтобы мысли, все до единой исчезли из его головы, перестав роиться в уме, как надоедливые мухи. Он не желал, отказывался что-либо обдумывать, но размышления никак не хотели оставить его в покое. И были они такими мрачными и тяжелыми, как крайне редко бывали. Если случались какие-то неурядицы, или, более того - серьезные неприятности, а они случались, - они с королем и остальными, верными ему всем своим существом, переносили их вместе, делясь своими предположениями и способами эти самые неприятности победить и пережить, да еще и обернуть в свою пользу. И Обинье первый же готов был разбиться в лепешку, красноречиво и легко, словно дважды два, пользуясь своим даром поэта и философа доказывая, что не бывает таких бед, которые не пошли бы на пользу. Если не в материальном смысле, то в моральном-то уж точно, закаляя характер и добавляя ему новые черты, необходимые в бою.

Но сейчас... Молодой человек вынул было из-за пазухи любимый томик, решив, что чтение поможет ему отвлечься, но глаза моментально начало щипать так, будто бы в них попала соль: сказывалась бессонная ночь. Пара часов, проведенных в дреме в кресле, ничего не значили: его молодому сильному организму как воздух требовался здоровый и крепкий сон. Выругавшись про себя, Агриппа положил книгу под подушку и повернулся на бок, смежив веки.
Мысли тут же снова начали одолевать его.

Поведение Генриха напоминало инстинкт школяра - во что бы то ни стало сбежать от строгого учителя, наставив тому длинный нос. Но тысяча чертей, он-то ему друг и боевой товарищ! Кто же виновен в том, что природа одарила государя такой легкомысленностью. Такое ощущение, будто сам он, Обинье, испытывает бесконечное наслаждение, помогая остужать эту горячую голову!!! Не давай король поводов, так Агриппе и не приходилось бы его одергивать! Сделал из него какого-то многоголового Цербера из Аидова царства. Молодой человек фыркнул.
Он отлично понимал, что у Генриха и в мыслях не было его обидеть или показать какое-то отрицательное отношение - его поступки всегда были продиктованы в первую очередь не разумом, а эмоциями. Такая уж него натура. И именно таким, как мы уже не раз говорили, верный и преданный Обинье беззаветно обожал и боготворил своего короля. Таким, каким тот был - со всеми его многочисленнейшими недостатками, искупаемыми непреодолимым обаянием. А эгоизм... Ну, эгоизм это черта общечеловеческая. Кто ее лишен?

Таким образом, Обинье сам не заметил, как начал было оправдывать Генриха, но вдруг осекся.
Э, нет. Жгучая обида вновь всколыхнулась в нем. Ежели он ему друг - то с друзьями такое поведение недопустимо. Это отвратительно.

Черт подери! Если уж ему так мечталось провести эту ночь в этом доме, стоило лишь сказать об этом! Какие могли бы быть к этому препятствия? Агриппа был против действий, которые ставили под угрозу безопасность Генриха, так как бесконечно дрожал за него. Свою собственную жизнь он ценил куда меньше, хотя, разумеется, и ее не готов был продавать за копейки, но все же. Стоило государю только намекнуть, и в конце концов по здравом размышлении Обинье проводил бы его до дома, скоротав путь разговором, а сам остался за углом, оберегая его безопасность до утра.
Молодой человек сцепил зубы так, что они скрипнули.
Смерть Христова! Пусть Генрих вырывается и брыкается как непослушный мальчишка, но Обинье не допустит, чтобы его король, его государь, его повелитель нарвался на кинжал в подворотне за пару экю. Тем более, что сейчас Париж взбудоражен, а под шумок самый рай для головорезов.
Тут Агриппа услышал шаги по лестнице и хлопок закрывшейся двери. Генрих куда-то отправился… Молодой человек даже не успел поразмыслить, что он думает по этому поводу, так как сон полностью овладел им, и мысли растворились, точно снежный комок в теплой воде.
15:00

Агриппа проспал довольно долго. Когда он открыл глаза, солнце, которое, когда он лег, только начинало свой путь по небосклону, теперь уже перешло через свой апогей и начало потихоньку двигаться к завершению своего долгого пути. Очевидно, было уже около четырех часов дня. Потянувшись, Агриппа поднялся и взглянул в окно, убедившись в справедливости своих предположений по поводу времени суток. Молодой человек отлично выспался и чувствовал себя просто великолепно, готовый к новым событиям и вехам жизни и даже было улыбнулся… Но тут же, когда его сознание, расслабленное было в объятиях Морфея снова начало работать, он вспомнил последние события и вновь помрачнел. Все его рассуждения никак не могли перебороть обиду. Сведя брови к переносице, он вновь уселся на кровати и машинально провел рукой по волосам, придавая их растрепанным завиткам надлежащий вид. В конце концов, решительно поднявшись и приведя себя в порядок, он направился в гостиную. Король уже вернулся.

Как ни в чем ни бывало, Агриппа отвесил Генриху нарочито почтительный и изящный поклон с непроницаемым лицом. В выражении этого лица ни в коем случае не было ни малейшего намека на какую бы то ни было иронию или сарказм – они были оскорбительны, а Обинье слишком уважал своего повелителя. Уважал так, как, пожалуй, никого больше. И скорее позволил бы себя четвертовать, чем нанести государю оскорбление.
- Я снова готов служить Вашему величеству и для начала хотел бы принести извинения за свое поведение – оно было абсолютно непозволительно.
Голос молодого человека был ровным и таким же абсолютно спокойным, как и лицо. Казалось, в нем нет абсолютно никаких чувств, кроме глубокого почтения, причем самого искреннего. Всем своим видом Обинье показывал, что, несмотря на глубоко оскорбленные и уязвленные чувства друга, он по-прежнему является верным подданным, раз уж с ним обращаются как с подданным – отдавая приказы, которые он обязан исполнять. Это дело чести.


Меня учили горы и леса;
С ветвей свисая, мох вплетался в строки.
Моих стихов набрасывала крохи
Гасконских утр прозрачная краса.

Меня учил... Но суть совсем не в этом:
Как может быть гасконец не поэтом?!

Анрио Наваррский

Анрио Наваррский
Бесстрастный летописец
Король Наваррский занимался самым скучным и неблагодарным в мире делом - ожиданием. Сначала он бездельничал со вкусом. Раскинувшись в кресле, закинув ноги на стол, разглядывал трещины на потолке, пытаясь найти в их причудливых переплетениях знакомые очертания. На первых порах у него даже получалось. Только виделись почему-то исключительно точёные женские ножки и нежные профили, имеющие внешнее сходство попеременно то с прелестной фрейлиной королевы Маргариты, то с герцогиней де Невер. Впрочем, где-то минут через двадцать такое нехитрое развлечение ему надоело, и он стал маяться от скуки. Встав, Генрих принялся мерить комнату нетерпеливыми шагами. Ему казалось, что чем импульсивнее и энергичнее он будет двигаться, тем быстрее пройдёт мучительное время вынужденного бездействия.

Наконец, и это его утомило. В изнеможении молодой человек снова упал в кресло. То жалобно скрипнуло, принимая в свои объятия не слишком большое, однако вполне увесистое монаршье тело. Ножка древнего предмета меблировки легко подломилась и звонко хрустнула в тишине пустой комнаты. Анрио резво подскочил, громко и неприлично ругаясь на этот проклятый Париж, на эту невыносимую конспирацию, на этого отвратительного кузена и его ненавистную опалу! Продолжая чертыхаться, молодой человек стоял и смотрел на дело рук своих. Точнее, конечно, не рук, а некоторых иных органов, но для истории это уже не столь существенно. Несколько мгновений беарнец с озадаченным видом чесал в затылке. А затем на его красивых губах расцвела хитрющая улыбка. Всё-таки мальчишка-хулиган и пересмешник в нём были гораздо сильнее, чем благоразумие и королевская гордость. Давясь от смеха, он схватил пострадавшее кресло, кое-как приладил отломившуюся ножку и переставил его, заменив им целое: то, в котором обычно сидел Д'Обинье. Окинув совершённые перестановки придирчивым взглядом, наваррец удовлетворённо усмехнулся: "Так-то лучше!" Успокоившись на достигнутом, Генрих взял с полки первую попавшуюся книжку и углубился в чтение.

Так прошло, наверное, часа два или два с половиной. Солнце медленно сползало с горизонта, устало клонясь к закату. Вскоре внизу раздались какие-то голоса, шум, грохот и настойчивый стук в двери. Наваррский, оторвавшись от чтения, ошалело потряс головой. Возвращение в реальность из книжного дурмана происходило с трудом. Взглянув за окно, его величество увидел, что уже далеко за полдень. Тут-то и пришла догадка о том, что это, вероятно, принесли заказанный обед. Кубарем скатившись по лестнице, он отпер дверь и впустил посланцев из трактира. Несколько дородных девиц с корзинами и тот самый мальчишка по имени Фрике сноровисто расставили на столе в гостинной принесённую снедь. По комнате сразу же поплыл одуряющий запах сытных блюд. Анрио поспешно сглотнул голодную слюну. До него только сейчас начало доходить, что с самого утра в его желудке успели побывать разве что несколько виноградинок. А это, сами понимаете, отнюдь не еда для здорового и полного сил мужчины, ведущего, к тому же, активный образ жизни.

Отпустив девиц повелительным взмахом руки, молодой король подозвал к себе уличного сорванца и строгим голосом поинтересовался:

- Ну что? Выполнил моё поручение?

Тот поспешно закивал. В его глазёнках светилось ожидание похвалы, которая обязательно должна была выразиться в материальном эквиваленте. Наваррец не стал его разочаровывать. Вытащив из кармана серебряную монетку, подкинул её на ладони и метнул в мальчишку. Фрике ловко поймал денежку на лету и спрятал за щёку. Генрих улыбнулся.

- Беги, беги.

Едва за пришельцами из трактира закрылась дверь, как в соседней комнате послышалось какое-то движение. Спустя несколько минут, в гостинную твёрдым шагом вошёл Агриппа. Он был собран, холоден и непроницаем. Тон, которым преданный слуга обратился к своему сюзерену, не предвещал последнему ничего хорошего. Смирение, покорность, верноподданнические чувства. И ни намёка на прежнюю теплоту и близость, которая между ними существовала, казалось, испокон веков. Беарнец слегка напрягся. Это его никоим образом не устраивало, а значит нужно было действовать незамедлительно.

- Надеюсь, сударь, Вам хорошо спалось? - ответил его величество ровным тоном, словно бы разговаривал с миньонами своего царственного кузена, а не с лучшим другом и боевым товарищем. - Прошу Вас, господин Д'Обинье, к столу. Отведайте нашей скромной королевской трапезы. Вы проголодались, неся верную службу своему повелителю. Я это высоко ценю и по заслугам вознаграждаю тех, кто верен мне всем сердцем, отдан всей душой и способен беспрекословно выполнять все мои приказы, как бы нелепы и глупы они ни были. - говоря всё это, проказник внимательно наблюдал за лицом Агриппы и тщательно прятал огонёк озорства, разгоревшийся на самом дне его бездонных тёмных глаз.
http://villa-13.mostinfo.ru

Агриппа д'Обинье

Агриппа д'Обинье
Guerrier, philosophe, poète
Первым побуждением Агриппы было ответить: "Благодарю, Ваше Величество, я не голоден".
Но тут же молодой человек, совсем уже собиравшийся было с достойным спартанского воина стоицизмом гордо отказаться разделить трапезу с оскорбившим его королем, почувствовал, как нестерпимо засосало под ложечкой. Желудок настойчиво требовал своего, потрясающие запахи дразнили вкус и щекотали ноздри, а соблазнительный вид разложенных на столе кушаний сводил с ума.
Никакие жизненные перипетии и перемены настроения не могли заставить д`Обинье лишиться аппетита. Это было такой же не требующей доказательств аксиомой, как то, что две параллельные прямые не пересекаются, солнце золотое, небо синее, а трава зеленая. Если мы заглянем на несколько десятилетий вперед, то этот славный молодой человек вполне оправдывал мнение Людовика XIV, короля Франции и внука его государя, как известно, справедливо считавшего, что только честные и глубоко порядочные люди, то есть те, у которых чиста совесть, бывают награждены от Бога отменным аппетитом.
Итак, Агриппа сглотнул слюну, проиграв сражение с собственной гордостью, но ни одним мускулом лица не выдав происходивших в нем метаний.
- Благодарю Вас, Ваше величество, я превосходно выспался. И с Вашей стороны весьма любезно оказать мне честь откушать с Вами. Я принимаю ваше приглашение, - тон молодого человека был все таким же холодным и непреклонным. Он вежливо кивнул, ожидая, пока его повелитель первым усядется в кресло.


Меня учили горы и леса;
С ветвей свисая, мох вплетался в строки.
Моих стихов набрасывала крохи
Гасконских утр прозрачная краса.

Меня учил... Но суть совсем не в этом:
Как может быть гасконец не поэтом?!

Анрио Наваррский

Анрио Наваррский
Бесстрастный летописец
Генрих улыбнулся про себя, глядя на неприступного Агриппу. Таким он королю совсем не нравился. Не шло ему это мрачное пуританское выражение лица. Этот аскетизм движений и наигранная вежливость, почти оскорбительная, учитывая ту близость отношений, которая существовала между этими двумя в лучшие времена. Благосклонно кивнув, Наваррский направился к своему месту. Небрежным движением отодвинул кресло и сел. А про себя подумал: "Что же, небольшая встряска тебе не помешает, милый друг. Если она тебя не развеселит, то рассердит. А это уже хоть какие-то эмоции. Ты выругаешься, раскричишься или рассмеёшься. Отсюда и будем плясать наш новый танец". В сущности, молодой король, несмотря на всю свою дерзость, беспечность и любовь к пересмешничеству, был неплохим психологом и довольно хорошо разбирался в людях. Именно поэтому, наверное, его всегда окружали те, с кем беарнцу было по-настоящему легко, комфортно и радостно жить.
http://villa-13.mostinfo.ru

Агриппа д'Обинье

Агриппа д'Обинье
Guerrier, philosophe, poète
Итак, Генрих, кивнув, сел.
В свою очередь Агриппа также подошел к своему креслу, стоявшему на привычном месте. Так как оно было слегка отодвинуто от стола, можно было не делать дополнительных усилий и сразу же сесть, что Обинье тут же и проделал. Что произошло в следующее мгновение, молодой человек сразу не понял, потому как ножка кресла с ужасным хрустом подломилась. Удержать равновесия на трех оставшихся данный предмет мебели не смог, и Агриппа оказался на полу, в полной растерянности, успев на лету лишь выпалить:
- Тысяча чертей!!!
Через несколько секунд после приземления он уже окончательно сориентировался. Рядом на боку лежало несчастное кресло, ножка - причина происшествия - также валялась неподалеку. А сам Обинье, одновременно пытаясь понять, все ли части тела у него целы, пробормотал, сосредоточенно почесывая кончик носа:
- Два падения в одном доме за несколько часов - это, кажется, слишком!


Меня учили горы и леса;
С ветвей свисая, мох вплетался в строки.
Моих стихов набрасывала крохи
Гасконских утр прозрачная краса.

Меня учил... Но суть совсем не в этом:
Как может быть гасконец не поэтом?!

Анрио Наваррский

Анрио Наваррский
Бесстрастный летописец
Затаив дыхание, Анрио наблюдал за тем, как Д'Обинье подошёл к своему креслу и, ничего не подозревая, чинно опустился в его мягкие глубины. В следующий миг произошло сразу несколько событий: во-первых, Генрих не выдержал и рассмеялся; во-вторых, ножка у кресла подломилась и Агриппа с ужасающим грохотом оказался на полу; в-третьих, с уст верного соратника сорвалось привычное проклятие, а выражение лица сделалось задумчиво-растерянным. Король Наваррский не мог остановиться. Веселье просто распирало его изнутри, выливаясь сначала в дикий хохот, а потом и вовсе - в неприличный гогот и ржание. Вместе с ним уходили обиды и таял лёд непонимания.

- Поднимайся, хватит валяться! Обед остывает, - утирая слёзы одной рукой и протягивая вторую приятелю, чтобы помочь подняться, сказал беарнец, - У нас ещё масса дел впереди. И первейшее из них - заказать новую мебель. На этой я сидеть категорически отказываюсь! Это может повредить моему королевскому достоинству, - заявил Генрих жеманно, копируя манеру говорить своего царственного кузена, - Садись сюда... - с этими словами молодой человек похлопал по сидению своего кресла, а сам удобно разместился на подлокотнике, вооружившись тарелкой и хищно занеся нож над сочным куском баранины, исходящей ароматным паром.
http://villa-13.mostinfo.ru

Агриппа д'Обинье

Агриппа д'Обинье
Guerrier, philosophe, poète
Агриппа, порядком сконфуженный этой ситуацией, принял руку Генриха и, буркнув слова благодарности, не смог удержать улыбки при выходке того, - так похоже он изобразил своего августейшего тезку, его индивидуальные нотки и интонации.
Услышав хохот этого венценосного мальчишки, а иначе не назовешь, абсолютно невозможно было продолжать на него дуться. Следовало добавить сюда все трогательные попытки короля загладить вину, начиная со слов "мои приказы, как бы нелепы и глупы они ни были" и кончая дружеским предложением усесться в его кресло, отказаться от которого значило бы его оскорбить.
Итак, д`Обинье уселся рядом с Генрихом, все еще пребывая в совершенной растерянности и растрепанных чувствах, которые никак не мог привести в порядок.
Он редко когда не мог разобраться в себе до конца, но сейчас был как раз тот случай, когда его прагматический ум, так часто его выручавший, был совершенно, ну абсолютно бессилен.
Молодой человек даже не знал, что можно сказать. Ощущения никак не могли вылиться во что-то осмысленное, кроме того, что он понимал: горечь обиды больше не мучит его. Но из более-менее отчетливых чувств это было все. И все же недопонимание было необходимо разрушить окончательно.
- Что же, кажется, теперешний случай окончательно подтвердил, что я не бесплотен, как считают некоторые, полагая, что все человеческое мне чуждо. Продолжим подтверждение, - в конце концов обратился как бы сам к себе Агриппа, в свою очередь протягивая руку за приглянувшимся ему лакомым кусочком и с аппетитом принимаясь за еду.


Меня учили горы и леса;
С ветвей свисая, мох вплетался в строки.
Моих стихов набрасывала крохи
Гасконских утр прозрачная краса.

Меня учил... Но суть совсем не в этом:
Как может быть гасконец не поэтом?!

Анрио Наваррский

Анрио Наваррский
Бесстрастный летописец
Генрих внимательно следил за выражением лица своего друга. Поэтому он сразу заметил, что тот находится, с одной стороны, в некотором замешательстве, а с другой - обида больше не терзает его. Наваррский понимающе улыбнулся, прикрываясь бокалом с вином, который только что взял со стола.

- Итак, давай составим наши планы на вечер. - активно жуя, начал Анрио. Молодой человек видел растерянность Д'Обинье и собирался ему помочь определиться с обуревающими того чувствами. - Когда я ходил заказывать обед, мне удалось отправить к Габриель гонца. Она предупреждена о том, что мы желаем её видеть. Надеюсь, вскоре мы станем счастливыми обладателями последних придворных новостей. - добавил беарнец с набитым ртом. - Дальше, я считаю, что нам стоит нанести визит вежливости её светлости. Тайный визит, разумеется. Уверен, что она если не сегодня, так в ближайшие дни совершит вояж по известному нам обоим адресу! Я буду не я, если ошибаюсь. Святая пятница! - сказав это, Генрих так резко рубанул рукой воздух, подчёркивая значимость своих слов, что не удержал равновесия и кубарем скатился с шаткого подлокотника. Благо, стакан с вином он успел перед этим поставить на место. А вот тарелка выскочила из рук молодого человека, которыми он взмахнул, словно птица крыльями, и со звоном укатилась в дальний угол комнаты, рассыпаясь на ходу на мелкие кусочки. Остатки мяса просыпались дождём на пол, а здоровенная обглоданная кость резво взвилась в воздух и врезалась ошалевшему наваррцу прямо в лоб, откуда немедленно отскочила и мирно упала на пол. - Дьявольщина!!! - только и смог вымолвить Анрио, по новой заливаясь хохотом.
http://villa-13.mostinfo.ru

Агриппа д'Обинье

Агриппа д'Обинье
Guerrier, philosophe, poète
- Есть справедливость на Земле, - с довольным видом подумал про себя Агриппа, с улыбкой глядя на вновь заливающегося хохотом беарнца.
- Вполне с Вами согласен, - молодой человек в притворном ужасе расширил и без того большие глаза, - Дьявольщина, она же чертовщина. И будь мы слегка более суеверны, я ни за какие коврижки не согласился бы оставаться в этом доме, где все рушится на глазах.
Поднявшись из уютного кресла, Обинье во второй раз подал руку Генриху, который все никак не мог остановиться, продолжая хохотать.
- А планы Ваши, сир, я вполне одобряю, - добавил он, кивнув и продолжая улыбаться. В самом деле - ситуация была жутко забавная: гостиная, пол которой был усеян осколками и кусочками еды, могла бы произвести впечатление комнаты, в которой устроили хороший дебош. Венчала зрелище большая кость, валявшаяся неподалеку и удостоившаяся чести коснуться королевского чела.


Меня учили горы и леса;
С ветвей свисая, мох вплетался в строки.
Моих стихов набрасывала крохи
Гасконских утр прозрачная краса.

Меня учил... Но суть совсем не в этом:
Как может быть гасконец не поэтом?!

Анрио Наваррский

Анрио Наваррский
Бесстрастный летописец
- Однако мы не суеверны. И единственное, чем нам придётся заняться, невзирая на чины, - это уборка, - Генрих обвёл глазами разгромленную комнату, - Нет, конечно, я король, приветствующий передовые взгляды на государственное управление, но не до такой же степени, чтобы жить в свинарнике!

Поднявшись с помощью Агриппы, он проковылял к столу и залпом выпил бокал вина. Налив ещё один, огляделся. Действительно, гостиная выглядела не лучшим образом. Можно было подумать, что здесь произошло, как минимум, какое-то грандиозное побоище. И никому бы даже в голову не пришло такое простое объяснение всему случившемуся, как ссора и примирение двух закадычных приятелей. Наконец, тяжело вздохнув, Анрио сказал:

- Сходи, будь добр, в кабак и приведи оттуда за ухо мальчишку по имени Фрике. Он мне сегодня уже помогал. И, думаю, ещё раз поможет, особенно, если ты ему посулишь серебряную монетку. Пусть он тут приберётся и отыщет мастера по дереву, чтобы привести в порядок это проклятое кресло! А мы тем временем навестим нашу милую герцогиню, - деловито отдал распоряжения Наваррский, торопливо заканчивая трапезу...
http://villa-13.mostinfo.ru

Спонсируемый контент


Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу  Сообщение [Страница 1 из 1]

Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения

 
  •  

Создать форум на Forum2x2 | © PunBB | Бесплатный форум поддержки | Контакты | Сообщить о нарушении | Создать ваш бесплатный блог